«Помнит меня Череповец?» Амосов возвращается

Источник: Речь
Имя легендарного хирурга Николая Амосова присвоят одной из улиц Зашекснинского района.
«Помнит меня Череповец?» Амосов возвращается

Хирург с мировым именем Николай Амосов родился в деревне Ольхово неподалеку от Череповца, но учился и работал в городе. «Речь» нашла мемуары хирурга, в которых родному городу крепко досталось, но и слова любви для Череповца Амосов нашел.

Сформировавшийся в Череповце

С инициативой присвоения имени Николая Амосова череповецкой улице выступила методист Дома знаний Наталья Хазова. Идею единогласно поддержали депутаты городской думы.

В городе металлургов упоминание имени Николая Амосова можно встретить в нескольких учреждениях. На здании череповецкого медучилища, носящего имя легендарного врача, почти пятнадцать лет назад открыли мемориальную доску. Тогда город впервые увековечил своего великого земляка в мраморе. Прежде то же самое делали исключительно в картоне — три мини-музея, три красных уголка, посвященных Амосову, существуют сегодня в Череповце. В школе № 1, где учился. В лесомеханическом техникуме, где получал профессию. И в городской больнице, где работал.

Вместе с тем достаточно по вертикали пробежать мемуары Амосова «Голоса времен» (оттуда все дальнейшие цитаты), предельно откровенные, чтобы понять: Череповец играл важную роль в жизни хирурга. Здесь он увлекся медициной, здесь влюблялся и чуть не женился.

И главное — здесь, по собственному признанию, произошло его формирование.

«Тротуары все дощатые»

«Хороший уездный город, как при царе. Лесопильный завод, электростанция с двумя дизелями, пристань, судоремонт. Дом профсоюзов, две средние школы, четыре техникума, театр, три кинотеатра, городской сад со стеной. Церквей всего четыре. Дома одно-двухэтажные, купеческие, больше — деревянные. Планировка правильная (с екатерининских времен). Половина улиц — булыжник, другие — немощеные. Тротуары все — дощатые, кроме главной улицы (Советский проспект), та — выложена плитами», — пишет он в мемуарах.

В общей сложности Николай Амосов прожил в Череповце около семи лет. Все они пропитаны щемящей тоской и одиночеством: друзей Николай Михайлович здесь практически не заимел, врагов, в общем, тоже — подростком сильный был, умел давать отпор. Даже пароходик под названием «Кассир», курсировавший по Шексне между Череповцом и пригородной деревней, где родился Амосов, имел для юного пассажира как бы две окраски — светлую, радостную, когда несся в родное Ольхово, и черную, мрачную, когда плелся обратно в город. Сейчас Ольхово лежит под водами Рыбинского водохранилища рядом с родовым имением Верещагиных.

Жил в доме подруги матери, который стоял на Красноармейской площади. Время убивал строгим соблюдением распорядка («Вставал в семь, ложился в десять — первые 4 года я ни разу не нарушил режима») и запойным чтением классики. Два раза в месяц, сэкономив 20 копеек на обедах, ходил в кино — одного «Тарзана» посмотрел столько раз, что хватило бы на палку колбасы. Другим лакомством была ириска стоимостью в одну копейку.

В своих записках Амосов рассказывает не только о подвигах — делится и стыдными воспоминаниями. Например, о кражах книг. Перечитав далеко не профессорскую библиотеку хозяйки, он пошел на преступление: «Воровал книги, добрый десяток украл. Все помню: пять томов сочинений Маяковского, англо-русский словарь. И курс фармакологии».

«В Череповце из моих больных не умер ни один»

Окончив медвуз в Архангельске и не найдя работы в Москве, 27-летний Амосов вернулся в Череповец. Устроился в межрайонную больницу, в помощники к знаменитому на весь Череповец хирургу Борису Стасову. Освоился, читал лекции студентам-медикам, оперировал.

«За год работы в Череповце из моих больных не умер ни один. Не потому, что я был очень умный, просто Борис Дмитриевич всех тяжелых брал на себя», — вспоминает хирург. Но не работой единой. Молодой, симпатичный и начитанный врач замечал взгляды женщин на него. Слава донжуана не заставила себя ждать: «Интерес к девушкам был, объекты — тоже, из числа врачей больницы. Молодые, незамужние или разведенные. Ухаживал чуть-чуть, к настойчивости был неспособен, а они не проявляли податливости. Катенька работала в операционной — красивая, только высоковата… После экстренных ночных операций провожал ее через весь город. Нравилась, но очень уж была… как бы сказать, „чистенькая“. Только для влюбленности. А я уже навлюблялся на всю жизнь… Помню, что в Череповце у меня остались только телесные потребности, интеллектуальные интересы и требования по части морали». Будь Катенька посговорчивее и поактивнее, пустил бы молодой врач корни в Череповце. Однако в этом случае о гении кардиохирургии вряд ли узнал бы мир.

В 1940 году, когда грядущей войной пахло еще очень слабо, Николаю Амосову пришла повестка в армию. Военкомат дал врачу отсрочку, но ненадолго — мобилизовала Великая Отечественная.

«Сердечная» наука

Николай Амосов пришел в кардиохирургию в начале 50-х. Пришел в то время, когда советская «сердечная» наука недалеко ушла от седой древности: клапаны прочищали пальцем, искусственный массаж производили разрядом от электророзетки, а врученное в поликлинике на вечную носку прозвище «сердечник» фактически было приговором. Когда полвека спустя, в 2002 году, 89-летний Николай Михайлович уходил из кардиохирургии (и из жизни), пациента-сердечника окружала целая коллекция приборов, способных заменить главную человеческую мышцу. Большинство из них были спроектированы Николаем Амосовым.

Помог слесарный опыт студента лесомеханического техникума. Сначала по собственным чертежам сделал себе инструменты. Во время поездки в 1957-м в Северную Америку (обмен опытом) подсмотрел у мексиканцев прибор искусственного кровообращения. Вернувшись в Киев, где осел после войны, мастерил машину в одиночку. Был насос, который качал шины для автомобилей, — стал насосом, прокачивающим кровь.

И все так, из подручных материалов и похожих устройств. Первые двое больных, в лечении которых применялось сооружение, умерли от воздушной эмболии; третьему, а затем и многим тысячам прибор спас жизнь.

Пять лет спустя, после другого выезда в США, Амосов «заболел клапанами». Хирурги «загнивающего Запада» делали уникальные операции — заменяли пораженные створки клапанов сердца кусочками нейлоновой ткани, единственного материала, который не вызывал воспалительной реакции. В нашей стране травмированный клапан чаще всего означал смерть больного. Вместе с Амосовым американский опыт пришел, а точнее прилетел, в Союз. На первые сердечные заплатки Амосов разрезал две свои нейлоновые рубашки, купленные в Штатах.

Встречи с земляками

В 1993 году на 80-летие хирурга и ученого в Киев, столицу сопредельного государства, отправилась делегация из Череповца. «Помнит меня Череповец?» — прямо спросил у гостей Николай Амосов. Сам поражал отличной памятью. Поинтересовался переменами в городе. Через несколько лет в мемуарах из своего киевского далека почти 90-летний Николай Михайлович вспоминает Красноармейскую площадь, где когда-то жил: слышал, мол, что церковь снесли, теперь там голо, небось. Проверить так и не решился. А на вопрос, заданный череповчанами: смог бы сейчас вернуться на родину? — ответил отрицательно. Но объяснил: «В Киеве живет столько спасенных мною людей, а еще здесь немало могил тех, кого я не смог спасти. Ни тех ни других бросить не могу».

Довелось встретиться с земляком и череповецкому фотографу Юрию Кашину, который запечатлел Амосова во время операции. «Когда я возглавлял фотолабораторию металлургического комбината, иногда ездил в Киев за новой аппаратурой, — рассказывал он „Речи“. — И всякий раз старался заглянуть в институт сердечно-сосудистой хирургии к Николаю Михайловичу, с которым был знаком. Во время одного такого визита в кабинет влетает медсестра: „С мальчиком плохо“. Я к Амосову со своей давней просьбой — пустите посмотреть, как вы работаете. Он мне: „Да ты что, там стерильность идеальная“. Уговорил… Так получился снимок. А в другой раз я видел, как Николай Михайлович держит в ладони сердце пациента и штопает его нитками».

Сергей Виноградов

Фото из книги Н. М. Амосова «Голоса времен» и из архива газеты «Речь»

Назад к выпуску
ЛЕНТА НОВОСТЕЙ
Все
Все новости
Новости: Вологодская область
Новости: Череповец
Новости: Вологда
Новости: Великий Устюг
Опрос

ОПРОС

← 1 / 19 →

Что для вас осень?

11.59%
10.05%
25.50%
10.05%
12.52%
5.56%
16.23%
8.50%
Опрос завершен
Анонимно или
Войти
Предложите новость

ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Отправьте свою новость в редакцию, расскажите о проблеме или подкиньте тему для публикации. Сюда же загружайте ваши видео и фото.

Предложить новость
(8172) 280-003
Вологда
(8202) 57-11-11
Череповец
Цитата

ЦИТАТА

← 1 / 3 →
Олег Кувшинников
губернатор Вологодской области
Олег Кувшинников

"С момента отправки и до момента закрепления в воинской части мобилизованным вологжанам не всегда удается оперативно связаться со своими родственниками. И вполне понятно, что родные тревожатся за своих сыновей, братьев и мужей, которые были направлены на службу.

По прибытии мобилизованным сообщают номер воинской части для отправки писем и посылок из дома. Разрешается пользоваться простым кнопочным телефоном без дополнительных функций. Информацию о нахождении мобилизованного можно получить по телефонам:

☎ 8 (8172) 72-10-13, 72-11-62 - горячая линия областного военкомата;

☎ 8 (495) 498-43-54 - колл-центр Минобороны.

На дополнительные вопросы, связанные с частичной мобилизацией, также готовы ответить операторы областной горячей линии 122. Кроме того, мы запустили круглосуточный бесплатный телефон службы психологической поддержки 8-800-201-88-68, специалисты которой помогут семьям преодолеть тревожность и справиться с психологической нагрузкой"

28 Сентября 2022
Топ-5 новостей

ТОП-5 НОВОСТЕЙ

ПСО «Ты не один»

35 Медиа
смотреть
01 октября, суббота
15:31:12
Коронавирус
Коронавирус
210157 (+411) чел
Курсы валют
USD 55.30
EUR 52.74