Сережка с первой школы и Витька со второй

Череповецких школьников посадили за парты 1940-х годов и рассказали о сверстниках военных лет. Об этом в сегодняшнем номере газеты «Речь» рассказал журналист Сергей Виноградов.

«Бессмертный класс» (0+) — проект библиотеки имени Верещагина. Еще к 75-летию Победы был воссоздан школьный класс 1940-х годов и подготовлена экскурсия о жизни череповецких школьников в годы войны. Но из-за коронавируса проект отложили на год.

За дедушкиной партой

Учеников из школ № 4 и 11, которые пришли в библиотеку на экскурсию в преддверии Дня Победы, просят сесть за парты. Они, конечно, современные, но сделаны под старину — за такими учились прадеды сегодняшних школяров. Просто сказать — сесть; а как? Нужно в три погибели согнуться, чтобы влезть между скамейкой и столом… Нет, не нужно, есть же крышки, которые поднимаются и опускаются, — дети принимаются изучать устройство парт старого образца.

Ух ты, они еще и с наклоном, ручку кладешь — катится вниз. А вынимать сотовый телефон из кармана неудобно, задеваешь локтем за крышку, которая с грохотом падает. Но их далекие предшественники таких сложностей не знали. Тут не только парта интересная, тут много всего: классная доска на двух ножках, карта Советского Союза на стене, а на другой — фотографии школьников военной и предвоенной поры.

На учительском столе — керосиновая лампа и самодельная коптилка. Сотрудник библиотеки Ольга Бахарева, которая проводит экскурсию, рассказывает школьникам, что при таком освещении их сверстники делали уроки. Свет тусклый, дым, запах, а ты сиди и выводи буквы пером. Дети притихли, вспоминая, наверное, в каких условиях они занимаются.

У них спрашивают: вы после школы куда идете? Домой играть на компьютере, гулять с друзьями, на секцию? А в военные годы школьники бежали работать — помогали в госпиталях, общались с ранеными и устраивали для них концерты и спектакли, писали письма родным бойцов под их диктовку.

А еще переделывали школы под госпитали, собирали книги для детских домов и оказывали тимуровскую помощь пожилым, сколачивали деревянную тару для снарядов, заготавливали дрова. Для отопления школ учащиеся и учителя выкатили в годы войны из Шексны и Ягорбы 1390 кубических метров дров. Потому и нужна была керосинка, что раньше сумерек до приготовления уроков не доберешься.

Были и «командировки» — на полевые работы и создание укреплений линий обороны. «В школах города проводится обучение учащихся основам агротехники и методам сельскохозяйственных работ, — писала газета «Коммунист» в начале войны. — Учащиеся 2-й школы учатся на трактористов».

«Нас, школьников, перевели на учебу в тесную избу, куда мы едва помещались, — вспоминала череповчанка Галина Окунева, которая встретила начало войны ученицей младших классов. — Учебников и тетрадей не было, писали на разных клочках. Учились в три смены вместе с ленинградцами, уроки в последней смене завершались в одиннадцать часов вечера. Идешь из школы ночью по вымерзшему городу — зимы стояли лютые, на уроках чернила замерзали — между домиками, засыпанными снегом чуть ли не по макушку, ведь не у всех были силы чистить».

Но ничто не вечно под луной, с 1943 года привычная жизнь постепенно стала возвращаться в Череповец. Открылась музыкальная школа, вновь стали работать кружки, проводились лыжные кроссы.

Дневник школьника

Экскурсию проекта «Бессмертный класс» будет интересно послушать и взрослым посетителям, авторы программы собрали много интересного материала. Возле стены под стеклом установили портреты череповчан, которые отправились на фронт практически со школьной скамьи. Многие из них погибли, повоевав всего год или два. Ученик школы № 1 Юра Пивушков вел дневник, который сохранился.

«Сегодня сообщили по радио, что войска Германии перешли советскую границу, папу взяли в армию, — пишет он. — Мы освобождали школу до часу ночи, в ней будет госпиталь». Следующая запись от 1 июля 1941 года:

«Пришлось много работать, по два дня выходили на выгрузку дров для школы, два дня дежурили на мобилизационном пункте. Каждый день делаю зарядку, закаляю себя для боев с фашистами».

Юра рассказывает, что 16-летних школьников отправили в прифронтовую полосу. «Я тоже поеду, хоть мне 16 лет и нет, — пишет он. — Уговорю комиссию».

В возрасте 17 лет Юра поступил в Лепельское училище в Череповце, а через год, в феврале 1944 года, был отправлен на фронт. В марте получил ранения и оказался в госпитале, а через месяц после выписки погиб в Белоруссии. Возвращаясь из разведки, он попал под обстрел немецкого снайпера. Десятки душераздирающих историй фронтовиков — выпускников череповецких школ собраны на библиотечном сайте «Краеведение. История Череповца» (0+).

На полях сражений погибли более 120 выпускников школы № 1. Спустя годы директору этой школы Зое Зверевой удалось восстановить имена и судьбы многих школьников и рассказать о них в книгах, посвященных истории школы. Проект «Бессмертный класс» готовился с ее участием. Среди участников экскурсии корреспондент «Речи» встретил и Зою Александровну. Она, хотя и знает текст почти наизусть, экскурсий не пропускает.

Сама Зоя Зверева пошла в школу в послевоенные годы в Соколе. «Времена были тяжелые, но учебники и другие школьные материалы были, — рассказывала она. — Среди учителей были фронтовики. Уважение к учительскому труду было невероятным. Увидев нашу учительницу с пачками тетрадей, бежали к ней наперегонки, брали сумки, старались помочь донести. Времена были голодные, а нас у мамы было трое. Бабушка делала пряженики из зерна, а еще помню, что мы ели свеклу, залитую водой».