Во что превратилось здание бывшего рок-клуба в Череповце?

Здание на ул. Труда (бывший клуб «Инферно») реконструировали. «Речь» побывала внутри — рассказ длинный, но интересный.

Здание на ул. Труда, 26 , где до революции располагалась почтовая станция, обрело свой первоначальный вид благодаря команде реставраторов, проектировщиков, историков и строителей, собранной частным инвестором. «Речь» побывала внутри.

Пару слов из истории

Год 1881-й. Страна обсуждает восшествие на престол Александра III и смерть Достоевского. Роман Льва Толстого «Анна Каренина» еще считается новинкой, а в светских гостиных поют «Я люблю вас, Ольга» из последней оперы «Евгений Онегин» модного композитора Чайковского. Череповец давно не сонный провинциальный городок из гоголевских повестей с купающимися в лужах поросятами. Иван Милютин уже 20 лет занимает пост городского головы, работают Александровское техническое училище и Мариинская женская гимназия.

В этом же 1881 году мещанка Ольга Филипповна Лобачева завершает строительство двухэтажного здания. Есть все основания предполагать, что дом строился как жилой, но, согласно документам, в начале XX века в нем размещалась почтовая контора.

«Возможно, она отдала часть дома под почтовую контору на договорных отношениях с городом, — говорит Татьяна Сергеева, много лет возглавлявшая Череповецкое музейное объединение. — Такое в те годы случалось. Например, судебные заседания или городские собрания могли проходить в частных домах, переданных в пользование городу. В здании, о котором мы говорим, располагалась почта и телефон. Номеров в городе было немного, но существовала телефонная книга, она сохранилась в нашем музее».

Сейчас это тихий уголок, окруженный преимущественно частной жилой застройкой. А в те годы, вероятно, здесь было шумно и живо: у дверей столпотворение посетителей, ржут лошади почтовых экипажей, ругаются извозчики, которые не могут разъехаться на узкой улице. К слову, в советские времена здесь также располагалась контора связи. Разбирая здание, строители нашли обрывки бумажных телефонограмм и марки середины прошлого века.

Спустя сто с лишним лет после постройки здания этот уголок исторического Череповца снова оживился, когда в здании на ул. Труда, 26, открылся рок-клуб «Инферно». В 2012 году заведение прекратило работу, а еще через пять лет здание приобрел частный инвестор, увлеченный череповецкой историей. Ранее он отреставрировал здание на Социалистической улице и открыл в нем музей «Благовещенская старина» с уникальной коллекцией самоваров.

Когда началась реставрация бывшей почтовой станции, проектировщики выяснили, что коллеги из далекого прошлого, современники Толстого и Чайковского, оставили потомкам немало приветов и загадок. Об этом профессиональном диалоге через века «Речи» рассказал руководитель архитектурной проектной компании Вячеслав Коряковский.

Дом в полный рост

Мы беседуем в зале на первом этаже, работы здесь почти завершены. В центре установлена тренога с проектом реставрации и фотографиями различных ее этапов. Работы ведутся около четырех лет, и, судя по снимкам, труд проделан колоссальный.

Осматривая зал по кругу, невозможно пропустить облицованный плиткой камин в старинном стиле. Такие можно увидеть разве что в музеях и исторических фильмах. Камин, разумеется, не растоплен, а на улице морозец, но в здании тепло настолько, что мы снимаем шапки и расстегиваем пальто.

«Когда мы приступили к работе, сразу было видно, что здание очень интересное, и удивительно, что оно не является памятником. Ведь это настоящий памятник кирпичного зодчества, — говорит Вячеслав Коряковский. — Соприкоснуться с этим было очень интересно. Нам было важно понять, из чего сделано здание, какой конструктивный принцип здесь заложен, какая технология в отношении строительных материалов здесь применялась. В концепцию, которую мы представили заказчику, вошли три направления. Первое — мы должны воссоздать архитектурный облик. Второе — убрать культурный слой и вернуть исторические планировочные отметки. Третий момент — сохранить конструктив здания, который закладывал архитектор в XIX веке».

Важную информацию реставраторам дали архивные документы (даже старый генплан Череповца поднимали) и фотографии — анализ снимков начала и конца XX века показал, что здание претерпело серьезные изменения.

«Входная группа была другая немножко, окна переделаны, внутри здания, где ранее были окна, были сделаны двери. В итоге было принято решение вернуть прежний облик», — объясняет архитектор.

О культурном слое — разговор отдельный. Говоря по-простому, это пласт земли, наросший за время жизни поколений. Эти культурные слои позволяют археологам забираться в те эпохи, которые им интересны. Чем глубже выкопаешь, тем древнее будут находки.

За время жизни здания, ставшего героем этой публикации, культурный слой вокруг него вырос толщиной от 80 см до 1 метра, и это опять-таки хорошо заметно на снимках. На старых фотографиях окна первого этажа возвышаются над землей на метр, а на более новых снимках — фактически «лежат» на земле. Что делать? Если нельзя поднять здание, то можно понизить ландшафт.

«Было решено вернуть ландшафт на те исторические планировочные отметки, которые существовали. Что и было сделано. Это позволило вернуться к исторической достоверности внешнего облика здания. Когда оно было засыпано, восприятие было другим. Теперь люди видят здание не с укороченными ногами, а в полный рост».

Загадки старого кирпича

Подробнее о конструктиве здания. Посетитель не заметит многого из того, что было сделано во время реставрации, поскольку оно скрыто от глаз. Но все внутренние особенности были воссозданы, иногда в мельчайших деталях. Не секрет, что реставраторы нередко переходят на современные технологии там, где эти «вставные зубы» не видны невооруженным глазом. Отделка под старину, а под ней каркас из магазина стройматериалов.

В ходе реставрации здания на улице Труда
инвестор одобрил иной подход, состоящий в сохранении конструктива там, где это возможно.

«Здесь стены кирпичные, и нашей задачей было сохранить это. Металлические балки установили взамен деревянных. Но тут важный момент: деревянные балки были связаны с кованым армированным поясом, который находится в кирпичной кладке. К дереву была приделана кованая пластина, связанная с поясом. Получался горизонтальный диск жесткости, и эти связи мы сохранили и восстановили конструктивную схему здания».

Поясним: архитектор из XIX века придумал скелет здания, подогнав все «косточки» друг к другу. Фермы, на которые уложена крыша, опираются в определенных местах на балки и металлические элементы в кирпичной кладке, здание держит само себя, образуя твердый каркас. Все эти связи были сохранены. Архитектор из прошлого будто нарочно придумал армированный пояс, позволяющий проводить будущие реставрации — заменять части стен, не беспокоясь, что здание осыплется.

Историческую кирпичную кладку законсервировали там, где это возможно. Где кирпич утратил свою несущую способность, заменили современным. У реставраторов эта работа называется вычинкой. Чтобы ее проводить, нужны мастерство и опыт, поскольку между старыми и новыми кирпичами должна быть идеальная согласованность. Вячеслав Коряковский сравнил эту работу с трудом стоматолога.

Фундамент здания тоже сохранили исторический. Дом стоит на бутовом фундаменте — больших речных камнях, плотно подогнанных друг к другу. Чтобы новый раствор подружился со старым и не произошло отторжения, в бочках во дворе воссоздали прежний рецепт.

«Вероятно, в прежние годы здесь проводились ремонты, и цоколь был залит бетоном, якобы для усиления кирпичной кладки, — говорит Вячеслав Коряковский. — Это абсолютно неправильный прием, он приводит к тому, что под бетоном кирпич начинает разрушаться. Когда мы вскрыли фундамент, оказалось, что кирпичная кладка была разрушена. По всему контуру здания снаружи и изнутри мы перебрали всю кладку. То есть, получается, из-под здания вынимали и закладывали новую. Плюс восстановили гидроизоляцию между фундаментом и цоколем».

Строители, выбранные для проведения работ, тоже были неслучайные. Работы выполнила компания под руководством Константина Смирнова. Специалисты «Электры» участвовали в реставрации самых известных исторических зданий, проводившейся в последние годы, — от Усадьбы Гальских до нового Музея археологии на Советском проспекте.

Константин Львович принимал активное личное участие в реставрации дома на улице Труда.

«До реставрации дом был в удручающем состоянии, с прелой, гнилой каменной кладкой, особенно в нижней части, — рассказал «Речи» Константин Смирнов. — По договоренности с инвестором мы начали работы не с красоты, а с серьезных, нудных и грязных работ. В итоге мы пересадили здание на новое основание».

Отметим труд подрядных организаций под руководством Михаила Игнатьева, Дмитрия Баженова и Дмитрия Моргунова. Они выполнили свою работу безупречно. Большой вклад в реставрацию внесли рабочие и каменщики, умеющие работать по старым технологиям. В мороз и дождь каменщики возвращали историческому зданию его прежний облик и заслужили огромную благодарность.

Бальная зала

В инженерном отношении работы в здании закончены, завершается отделка, во дворе посажены клены и хвойные деревья. Что появилось нового? Окон стало больше. Но это в сравнении с тем обликом здания, который оно имело в советские и новые времена, когда вместо части окон были сделаны двери. Сейчас здание возвращено в первоначальный вид. Интересно, а зачем разместили окно на стене между двумя помещениями под самой крышей? «Чтобы на чердаке было светло», — объясняет Вячеслав Коряковский.

Главными новшествами, которые также стали возвращением к старому, можно назвать балкон на втором этаже и кованый козырек над входной дверью. И то и другое реставраторам подсказали старые фотографии и открытки. Удалось воссоздать козырек и балкон со всеми историческими деталями. К слову, ретроснимок здания не в первый раз помогает реставраторам. Ранее они подсмотрели на фотографии забор, который был воссоздан в доме-музее Ивана Милютина.

На второй этаж ведет витая лестница, там располагается большое помещение, напоминающее бальную залу. Провинциальные балы ярко описаны в русской классике: девушки сидят на стульях и скамейках по стеночкам, распорядитель объявляет танцы, молодые люди приглашают девушек. Их матери следят за пристойностью происходящего, мужчины собрались вокруг карточного стола.

Потолка на втором этаже нет, как и чердака. Мы видим фермы и двухскатную кровлю. Это дает помещению дополнительный объем и воздух. Зал как будто создан для проведения приемов и культурных мероприятий.

Продолжение здесь