35media.ru

Какой была самая зеленая улица Череповца тридцать с небольшим лет назад?

Детскими воспоминаниями о бульваре Доменщиков середины 1980-х годов поделилась специалист по связям с общественностью газеты «Речь» Полина Удовиченко. У вас есть свои воспоминания? Присылайте их по адресу: evsenicheva@35media.ru, звоните: 57-38-44.

Большой бульвар
Моя мама со своими родителями с 1966 года жила на улице Мамлеева. И в этом районе выросла мама, а потом и я. Окончив вуз в Ленинграде, в Череповец мои родители вернулись в 1986 году, мне было чуть больше трех лет. Мама, папа, сестра и я жили в общежитии на Фанере. Но каждые выходные мы ездили к бабушке с дедушкой на ул. Мамлеева, плюс я часто гостила у них, когда болела, и в праздники. И выходные в моей памяти тесно связаны с бульваром Доменщиков. Именно там я гуляла со своим дедушкой Вадимом Николаевичем Поляковым. Я — дедушкина внучка, он всегда уделял мне много внимания. Наши совместные походы делились на два вида: идем за добычей или прогуливаемся.

Вкусная добыча
Первое детское воспоминание, связанное с Бульварной — так в семье по старинке называли эту улицу, — такое: ранняя весна, мне четыре года, я гуляю с дедушкой. Яркое солнце, огромная улица и звон капели. Сейчас понимаю, что улица осталась та же, просто я и деревья выросли. А память сохранила впечатление гигантской ширины и длины бульвара и огромного количества воздуха. Мы идем за добычей, поясняет дедушка: «Завтра у мамы, бабушки и всех-всех девочек праздник. А девочки любят сладкое, и мы идем за эклерами». Загадочное слово «эклеры» оказывается очень вкусным — пробуем эти пирожные в кулинарии у ресторана «Ленинград» и берем домой «для девочек». Вкуснее эклеров я не ела: желтоватый сливочный крем и изумительное тесто. В кулинарию (еще одно вкусное слово бульвара Доменщиков) мы заходили во время прогулок часто: дедушка пил маленькую рюмочку коньяка с лимоном, а мне брал чай и «колазировку» — коржик глазированный на моем детском языке.

Добычей также была сметана на разлив, которую мы брали в «магазине на Бульварной». Сметана там отчего-то была вкуснее, чем в «магазине на Мамлеева», и за ней надо было идти с небольшим красивым бидончиком, на котором нарисованы голубые цветочки. В магазин бидончик несу я, обратно — дедушка. Иногда мы хулиганили: покупали четвертинку черного хлеба с зажаристой корочкой, садились на лавочку на бульваре напротив стадиона и ели, макая кусочки хлеба в сметану. Бабушка такие проделки не любила. Кстати, все эти вкусности люблю до сих пор, и они для меня тесно связаны с бульваром.

Через год-два добычей стали сигареты, хотя дедушка не курил, — их брали по талонам в магазине на Бульварной. Нужно было отстоять большую очередь, и тут мы с дедушкой играли в города или он давал задания: «Посчитай, сколько ботинок стоит в очереди? Сколько колес у колясок, что стоят у магазина?» Если ответ давала правильный, то дедушка называл меня Лобачевским, и я гордилась собой, хотя лишь спустя годы узнала, что это известный математик. Кстати, бабушка сигареты обменивала на сахарный песок, без которого невозможно сварить варенье, и летом нас с дедушкой хвалила: «Добытчики!» Игры в очередях стали для меня привычным делом, и большие «ручейки из людей» не напрягали. И потом с сыном в очереди в поликлинике я тоже играла. «Ручейки из людей» — это тоже фраза из бульварных прогулок, мы с дедушкой сочиняли четверостишия и пары-рифмы.

Загадки бульвара
Прогуливаться с дедушкой — это был для меня лучший вариант прогулки. Говорил со мной долго и обстоятельно отвечал на всевозможные вопросы только дедушка. Его фраза: «Поля — это уже человек, с Полей можно поговорить!» — вызывала недоумение у домашних. Именно на бульваре я начала ценить вывески — читать стала с четырех лет, и осенью 1987 года мне покорились все вывески бульвара. При этом чтение всегда начиналось с загадки от дедушки. Например, он как-то спросил: «Полина, кто такие доменщики?» Я выдала: «Доменщики делают дома!» Мы шли до дома (кажется, это была библиотека), где высоко висела серая доска с буквами. Дед меня поднимал, и я читала: «Бульвар Доменщиков назван…» Была на доске и картинка с трубами и дымом. Из прочитанного поразили слова «миллионы» и «чугун». Дома дедушка показал сковородку из чугуна и рассказал, что доменщики делают металл — чугун. Но в моей голове сложилась картинка: улицу назвали в честь людей, которые делают миллионы черных и тяжелых сковородок. И это до сих пор заставляет меня улыбаться, когда я бываю на бульваре Доменщиков. Кстати, ту самую большую серую памятную доску я не вижу на бульваре…

На магазине «Вальс» в те годы была простая вывеска: «Продукты». Библиотека — большой серый дом с большими окнами, через которые видно много книг, — вызывала восторг. А вот следующий дом заставлял затаить дыхание: там было много милиционеров и их машин. Именно там работал дядя Степа — милиционер, о котором я знала из книжки. Каждый раз ждала, что вот сейчас дядя Степа выйдет, но он так и не появился… Вывеска «Ленинград» была сложна для прочтения — буквы были прописные. Зато она стала поводом для разговора о блокаде Ленинграда и фашистах. Эта история меня потрясла. На стадионе, куда заворачивали нечасто, можно было читать имена спортсменов на стене с фотографиями. Семь лет спустя именно сюда по бульвару я неслась зимой на массовые катания и порой в коньках перелезала через забор, если не было денег на билет.

Заканчивался бульвар большой вывеской «Коммунист» и рассказом дедушки о газетах. Их в семье выписывали много, но только «Коммунист» был мне интересен, ведь я знала дом в конце бульвара, где живет газета. А сейчас я работаю именно в этом доме…

А еще мы ходили «смотреть за липками»: эти деревья были только на бульваре, и мы наблюдали их ароматное цветение, как росли листочки, как они опадали. Самое большое счастье было, когда я сама увидела, кто весной красит черные стволы в белый цвет.

Правила поведения
Прогулки по бульвару были особенными еще и потому, что требовали соблюдения правил. Во-первых, идти там надо было медленно и степенно, обходя лужи и не пачкаясь. «Идем в люди, тут нужно быть послушной и опрятной», — объяснял дедушка. Кстати, сам он даже на прогулки за добычей всегда одевался как на работу: никаких спортивных костюмов и курток, обязательно пальто, костюм, шляпа и галстук. Во-вторых, на бульваре нельзя бегать по газонам. А они были такие большие и зеленые! Зимой нельзя рушить сугробы, которые кто-то сгребал ровненько, как по линейке. «Люди работают, красоту наводят, уважать надо», — пресекал дедушка мои попытки нарушить эти правила. В-третьих, у бульвара есть своя сторона: люди навстречу всегда идут по левой стороне, и соваться им под ноги невоспитанно, мы идем по правой. А еще если на скамеечках вдоль бульвара уже сидели мамы с колясками, то сидеть на них нужно молча, тихо — не будить малышей, — ну или топать до свободной скамейки. Эти правила я соблюдаю до сих пор.

Маршруты прогулок у нас с дедушкой были разными. Повернуть на ул. Ленина к бассейну и пройти мимо «Алмаза», чтобы посмотреть на маленькие голубые елочки у «какого-то-там-совета» — так я называла мэрию. Или сначала пройти по пр. Строителей, зайти на почту, чтобы купить открытки и конверты, срезать по маленькой улочке за «Алмазом» и выйти на бульвар. А то и вовсе пройтись от начала до конца бульвара Доменщиков, но только туда — по одной стороне, обратно — по другой.

Мне нравится, что бульвар сохранился практически в том же виде, в каком был во времена моего детства. Да, сейчас он немного запущен, хорошо бы привести его в порядок. Но кардинальных изменений в оформлении или строениях не хочется, все-таки многие из нас родом с бульвара Доменщиков времен СССР, и хорошо бы сохранить этот кусочек детства.

Полина Удовиченко

Горожане вспоминают улицу Бульварную

Я жила здесь до и немного после появления на свет. И очень много лет ходила по бульвару с работы и на работу. Поэтому мне тоже бульвар как родной. И я за сохранение той атмосферы, которая сейчас на бульваре: тенистые аллеи и удобные деревянные скамейки со спинками. Не нужно спортивных сооружений: стадион рядом. Но отремонтировать асфальт, добавить клумбы. Освещение тоже нужно: по вечерам с работы возвращаться тревожно, когда темно. И мне очень нравилось прежнее название улицы — Бульварная!

Наталия Токмакова
_______________________________

Я точно так же, как и автор статьи «Улица Бульварная пятьдесят лет назад» Елена Билева (материал вышел в номере за 17 февраля), в 1961 — 1964 годах жила в этом районе. На улице Ленина, 104, в одной из комнат коммуналки. У нас тоже было трое детей. И агитплощадки помню. А еще на Бульварной в одном доме был хлебный магазин, а с другой стороны ул. Ленина, напротив стадиона, — молочный. Очень хорошо и дружно жили. И конечно, мне очень хотелось бы, чтобы кардинальные изменения не коснулись этого бульвара. Сейчас здесь просто плохой асфальт, вот и заменить его, ну и скамейки поставить покрасивее, цветы можно посадить в контейнеры, чтобы при перекопке не повредить корни. Насчет освещения не знаю, вечером почти не хожу. Днем здесь обычно сидят пенсионеры на скамеечках или мамы с колясками, вечером — молодежь. Что касается спортивных сооружений — даже не смешно: стадион ведь прямо на бульваре находится, зачем? Если за счет газонов будут что-то делать — зелени совсем не останется, это ведь довольно тенистая аллея. Я за то, чтобы нововведения планировали в новых микрорайонах, там на пустом месте любые фантазии можно осуществить! А вот на другой стороне бульвара (от Ленина до Металлургов) надо сохранить яблони. Напротив яблонь тополя в ужасном состоянии, можно бы посадить клены, тем более что они будут сочетаться с кленами в скверике у дома № 46.

Вера Смирнова

__________________________________

Меня можно назвать старожилом улицы Бульварной. С 1961 года наша семья жила на ул. Ленина, в доме № 102а, затем я уже со своей семьей — на Бульварной, 45, а сейчас — на Металлургов, 16. Таким образом, это мое пространство, и не хотелось бы, чтобы оно стало жертвой новомодных веяний. Что я имею в виду? «Лежаки», как на пляже, которые увидела на эскизе, вызвали недоумение. Для кого они? А зимой что с ними делать? Ведь был уже печальный опыт установки скамеек на бульваре. И где они? Настилы, плитка — надолго ли? А как же с проектом, который был утвержден в рамках «Народного бюджета», но отложен из-за пандемии? Речь о детской площадке у дома № 44, там для этого отличное место. Тем более что деревья тут облюбовали вороны, иногда вершины бывают черным-черны. Мне кажется, главное — не уничтожить бульвар, учесть, что он представляет собой три пространства: первое — у библиотеки, второе — вдоль стадиона, третье — от ул. Ленина до ул. Металлургов (именно оно — самое заброшенное, неухоженное, требующее первоочередного внимания). Мне кажется, нельзя перекрывать остановочным комплексом вид на гостиницу, чтобы не получилось как на площади Милютина: туалет на первом плане. Вдоль стадиона достаточно клумб (вот тут и можно фантазировать в части форм!), скамеек, хорошо бы, чтобы были качели, как на пл. Молодежи. На этом пространстве надо сделать площадку для подростков. С малышами и во дворах теперь уже можно развлекаться, а для ребят постарше ничего нет, вот они и ломают детские качельки-карусельки. Мне кажется, не надо перегружать бульвар, надо сохранить само понятие — бульвар. И главное его богатство — яблони, которые по весне утопают в цвету и дарят нам ощущение весны, красоты. Поблизости такой красоты больше нигде нет.