35media.ru

Череповчанка отметила 100-летний юбилей

Полина Виноградова достаточно активна для своего возраста: она хорошо слышит, видит и любит читать газету «Речь», которую ей покупает дочь. Полина Степановна помнит всю свою жизнь, и о своей молодости она рассказала нашим читателям.

— В семье, кроме меня, было три брата и три сестры. Я самая старшая. Мы жили в деревне Пиньшино Вашкинского района. В школу я пошла уже в десять лет, до этого не отпускали, маме нужно было в колхозе работать, а я сидела с младшими. А в 1937 году окончила семь классов — и отца забрали. Так вся школа и прекратилась, нужно было работать идти. Маме было тяжело. Я боялась, что она может что-нибудь с собой сделать после ареста отца.

Работали с братом в колхозе — и на поле, и овец, телят кормила. Такие маленькие ягнятки рождались, малюсенькие, их на руки возьму — и целую. Когда началась война, я уже работала в избе-читальне библиотекарем. Нас стали отправлять на оборонительные рубежи: три месяца в Новгородской области и три месяца за Вытегрой, все на Оштинском направлении. Копали противотанковые рвы по три метра в ширину. Хотели нас и на Ошту отправить. Мы уже собрались с лопатами, чтобы идти, но тут приехал офицер: отставить поход, Ошту уже немцы взяли.

И на нашем рубеже как раз немцев и остановили, в 25 километрах. Ночью шли мы деревенскими дорожками к Новгороду, с вечера и до утра. Пришли часов в шесть утра к деревне. Было это в начале августа, думаем: поспим в церкви. А вся церковь солдатами занята, спят вповалку: то ли на фронт, то ли с фронта. Жители все эвакуированы, никого в деревне нет. Зашли в один дом, нашли немного ржаной муки и сварили из нее кашу. Так вот все и было.

В другой деревне на оборонительных работах жили мы в клубе. Помню, что спали на сцене. А в октябре стали нас отпускать домой, шли мы пешком. Когда я пришла, ноги болели, целый месяц их лечила. А как вылечила, снова отправили копать рвы — за Вытегру.

После войны мы познакомились с Сашей Виноградовым, Александром Евграфовичем. Он вернулся из плена с войны. Мы учились вместе в школе, но он меня уже и не помнил. Саша окончил только четыре класса, а потом отец его, который работал плотником да столяром, позвал работать вместе, он и ушел из школы. А я встретила его, когда работала в сельсовете. Пришла в колхоз узнавать про заготовки сена, там мне и сказали: Саша Виноградов сегодня вернулся! Попили мы чаю с председателем, я домой уже собралась и увидела, что у Сашиного дома окно открыто. Подошла, поздоровалась и говорю: «Слава богу, хоть кто-то да живой приходит». На следующий день он в сельсовет пришел, чтобы на учет встать, наряженный, в розовой рубахе, симпатичный. И до вечера меня ждал, а потом провожать пошел.

Саша был такой хулиганистый, все время с ножичком ходил. Я смеялась над ним: ножик вперед тебя родился. И за хулиганство он и попал в тюрьму на три года.

Я разозлилась: осталась не женой и не девкой — и уехала в Эстонию с сестрой вместе, в Кохтла-Ярве.
А Саша ко мне приехал, и мы там поженились, у нас двое детей родились. В 1957 году мы вернулись в Череповец. Жили долго в бараках на улице Полевой, где сейчас улица Металлургов. Только в 1969 году нам дали первую квартиру, на Пионерской. До этого мы жили всегда только в комнатах — одна комната на всю семью. Вы спрашиваете, какое самое счастливое воспоминание в моей жизни? Наверное, тот день, когда мы получили эту двухкомнатную квартиру.

Алена Сеничева