Вся надежда на мигрантов?

Одно из последствий пандемии коронавируса для отечественной экономики — рост безработицы. И это при том, что число вакансий по целому ряду позиций только увеличилось. Раньше их худо-бедно заполняли трудовые мигранты, но границы закрыты. И что делать?

Мигрантов все меньше

Больше других бьют тревогу строители. Из-за коронавируса стройка рискует встать. Дефицит рабочей силы в отрасли достиг 50 процентов, потому что трудились на стройплощадках страны в основном рабочие из Киргизии, Таджикистана, Узбекистана и Белоруссии. После остановки строек в апреле прошлого года многие мигранты уехали домой и до сих пор не имеют права на въезд.

Как пишут «Известия», бизнес просит власти вернуть трудовым мигрантам из СНГ право въезжать в Россию, и Минстрой вроде бы не против. Правда, по чиновничьей привычке процесс тормозит бюрократия: разрабатываются некие регламенты по сопровождению иностранцев, тестированию на коронавирус, оформление всевозможных документов… Словом, процесс небыстрый.

Но страдает не только стройка. Отток гастарбайтеров ощутили и другие сферы, где использовался их неквалифицированный и низкооплачиваемый труд. Стало меньше дворников, таксистов, курьеров и т. п.

В октябре прошлого года широко цитировались сетования мэра Москвы Сергея Собянина: численность мигрантов в столице упала на 40 %, и коммунальные службы опасаются за подготовку к отопительному сезону. Ведь местных на эти позиции не заманишь.

«Это ручной труд, это лопата, метла, лом. Далеко не все москвичи готовы работать на таких работах», — заявил Собянин. И выразил надежду на привлечение работников из российских регионов.

Помогут ли регионы

А что же регионы? Уровень их экономик, конечно, далек от столичного, а иногда и почти безнадежно далек. Но это не означает, что Москва и другие крупные города смогут бесконечно черпать там дешевую рабочую силу.

Во-первых, такой подход сильно вредит провинции, которая в результате внутренней миграции трудового населения лишается части своих и без того скудных доходов. Потерял людей — потерял и налоги, принцип железобетонный.

Во-вторых, как правило, мегаполисы привлекают к себе не сидящих без работы людей, а людей работающих, пускай и за низкую зарплату. В погоне за более высоким доходом этот человек сорвется с насиженного места, а займет ли освободившееся место кто-то другой, — большой вопрос. И дефицит рабочей силы просто переместится в глубинку.

Кроме того, большой вопрос, так ли привлекательна будет для россиянина-провинциала зарплата, на которую охотно соглашался гастарбайтер. По данным компании «ХедХантер», в 2020 году это в среднем 45 тысяч рублей по Москве. Может, кому-то это покажется манной небесной, но надо понимать, как именно нанимаются на работу в России мигранты из-за рубежа.

Иллюзий быть не должно. В СМИ немало информации о том, какие серые и черные схемы используются при найме иностранцев, об откатах, которые те должны отдавать с каждого заработка, и о прочих нелегальных прелестях. На этих условиях согласится работать отнюдь не каждый россиянин, даже если его финансовое положение не ахти.

Тем более его могут не устроить и сопутствующие социальные условия, к которым мигранты относятся спокойно. Например, проживание в тесном железном вагончике с удобствами во дворе и тому подобное.

Нет росту зарплат

Выходит, все упирается в работодателя: создай условия, подними зарплату — и трудовой народ к тебе потянется. Но у бизнеса своя логика. Ему нужна неприхотливая и дешевая рабсила, под которую сформированы и оптимизированы все процессы.

В той же строительной отрасли предпочитают говорить не о росте зарплат — пугают тем, что кадровый дефицит замедлит сроки сдачи новостроек, что, в свою очередь, приведет к дефициту недвижимости и росту цен на жилье. Работодатели просто не готовы отказаться от привычного уровня прибыли.

Подкрепляют эту мысль красивые экономические теории. Дескать, развивающейся экономике просто необходима дешевая рабочая сила, которая снижает себестоимость товара и повышает маржу. Гляньте на Китай — за счет этого его экономика выходит на первое место в мире. А дальше полученную маржу бизнес будет вкладывать в развитие, и тогда заживем.

Говорят и о том, что мигранты не отнимают рабочие места у местных, а создают для последних новые, более квалифицированные (кто-то ведь должен всей этой армией рабочих управлять). И много еще чего говорят. Но ставки остаются низкими.

Досадная помеха

Помимо повышения зарплат, предлагают специалисты и другой вариант решения проблемы: механизацию и автоматизацию процессов.

Грубо говоря, если нет желающих махать лопатой при уборке снега, посади людей на технику, обучи их этой высококвалифицированной работе и, сэкономив на десятке уборщиков, предложи выгодную оплату. Но и на модернизации работодатели предпочитают экономить.

И вот тогда уже в сердцах экспертное сообщество призывает власть и работодателей определиться раз и навсегда, чего они хотят от рынка труда. Вы либо решайте проблему за счет трудовых мигрантов, сокращая издержки, либо, наоборот, закройте для гастарбайтеров рынок труда.

Но беда еще и в отрицательной демографии. Речь идет о низкой рождаемости, вызванной вступлением в детородный возраст малочисленного поколения 1990-х годов, и ускоряющемся выбывании из состава рабочей силы старшего поколения. По сравнению с этой проблемой даже коронакризис выглядит лишь досадной помехой на пути к светлому будущему.

Андрей Савин