35media.ru

Назад в СССР: места, напоминающие о былом

Путешествия в качестве посланника Деда Мороза запоминаются мне не только встречами с детьми, которым я привожу подарки. Много впечатлений и другого рода. Сегодня расскажу о местах, которые во время последней поездки напомнили мне о временах СССР.

Память о войне

Когда я был в Великом Новгороде, друзья, пригласившие меня на новогодний благотворительный вечер для детей из многодетных семей, сообщили мне, что вечером мы поедем к ним в деревню Финев Луг. Само название меня очень заинтересовало. Откуда оно взялось? Точных данных на сей счет нет, существует только легенда, которую мне и рассказали: будто бы жила в тех местах некогда девушка Феня, которая пошла в поле оплакивать свою несчастную любовь да так и пропала.

А вот что известно точно, так это то, что деревня пережила немало ужасов во время Великой Отечественной войны. В августе 1941 года деревню захватили немцы, в январе 1942-го войска Второй ударной армии ее отбили и она оказалась в тылу советской обороны. Но после упорных боев деревня вновь была захвачена немецкими оккупантами, и лишь в январе 1944 года ее окончательно освободили. А в сентябре прошлого года в этих местах в восьмой раз прошел военно-исторический фестиваль «Забытый подвиг — Вторая ударная армия». Была проведена историческая реконструкция, посвященная боям июня 1942 года. На фестиваль съехалось более четырехсот участников из регионов России, стран СНГ и дальнего зарубежья.

Музей паровозов

Мне сказали, что недалеко от деревни, в паре километров, находится музей Тесовской узкоколейной железной дороги, коллекция которого включает несколько десятков единиц подвижного состава, начиная от мотодрезин и заканчивая вагонами и локомотивами. Я бывал в различных музеях, но чтобы в одном месте десятки паровозов…

Когда я приехал в этот музей под открытым небом, был выходной день. Директор Алексей Помигуев и его соратники готовились к большим новогодним экскурсиям, приводили в порядок технику. Уже на первые числа января было намечено несколько десятков экскурсий и организованных поездок на ретропаровозах. Узнав, что я вологодский, Алексей сам повел меня по музею.

Первым делом показал несколько вагонов и дрезину, которая работала на Монзенской железной дороге (это лесовозная дорога, проходящая по территории Вологодской и Костромской областей; одна из крупнейших ведомственных железных дорог России, существующая с начала 30-х годов прошлого века). Вагоны были разные. Например, так называемые столыпинские. Они были сконструированы при Столыпине для переселенцев, которые переезжали в восточные районы страны. Переселенцев было много, и подвижного состава не хватало. Этот тип вагонов был ниже обычного пассажирского, имел подсобные помещения для утвари или птицы.

Есть в музее вагон-столовая: в таких обедали рабочие, которые трудились на торфоразработках или на дальних лесных делянках. Обед готовили нанятые в деревне женщины. У самого Алексея есть личные воспоминания, связанные с таким вагоном. Как-то они с братом ездили на торфоразработки помогать отцу. Дело было весной, на склад вагона-столовой пролезла лиса и попортила много продуктов, в том числе много мяса. ЧП обнаружилось, когда рабочие уже уехали за несколько десятков километров. Прекращать работу было нельзя, требовалось выполнять план. А работа тяжелая, бригада большая, двадцать человек, всех кормить надо. И тогда бригадир решил: нужно подстрелить пару глухарей. Места глухие, размышлял он, о факте браконьерства никто не узнает. И послал Алексея и еще одного товарища за добычей, благо берданка имелась — и от дикого зверя, и от лихих людей. Добытчики плутали по лесу недолго, нашли ток и сумели подстрелить двух глухарей. Народ радовался, а умелые руки сельских поваров приготовили и суп, и вкуснейшие котлеты.

А еще я увидел в музее «пионерки». Вообще-то, это дрезины. Некогда первой модели такой дрезины (ТД-5) дали официальное название «Пионер». Ну а в народе все «лавочки на колесах» стали называть «пионерками». Это поистине легендарная техника. В глухих местах только на ней можно было доехать до центральной деревни или автомобильной дороги. На таком транспорте кустарного изготовления, где основной деталью был двигатель от мотоцикла «Урал» или «Днепр», перевозили и больных, и школьников, и новобрачных, и всякий товар от гвоздя до телевизора. Теперь уже нет узкоколеек, а люди с теплотой вспоминают времена, когда все вместе делили горести и радости, мечтали и верили, что лучше их земли нет на свете.

На Сахалине

Еще одним напоминанием о советских временах для меня стало посещение острова Сахалин, куда я приехал после визита в Хабаровск. Если в Хабаровске снега почти не было, то Сахалин просто утопал в сугробах. Чем мне сразу же понравился остров, так это людьми. Жители там очень доброжелательные. Все старались помочь, сделать мое пребывание на Сахалине комфортным и запоминающимся. Удивила погода: за день она может меняться несколько раз. С интересом смотрел местные новости: очень скоро остров полностью газифицируют, все школы станут цифровыми, а в качестве внеклассной работы введено обучение игре в шахматы. Побывав в нескольких школах, я увидел в рекреациях огромные напольные шахматные доски с фигурами чуть ли не в человеческий рост.

А еще — новые школьные стадионы и, конечно, радостных детей.

Южно-Сахалинск, Макаров, Поронайск, Холмск — вот островные города, в которых мне удалось побывать. Особо хочу сказать о Холмске. Из этого города, стоящего на морских террасах, издали похожих на холмы, каждый день в океан уходит множество судов с разными грузами. Судами же на остров доставляется очень много товара.

Расскажу и историю, которую мне поведали о городе Макарове (с 1905 по 1945 год вместе с южной частью Сахалина он был в составе Японии, назывался Сирутору, а после Второй мировой вновь стал российским и был переименован в честь русского флотоводца и океанографа адмирала Степана Макарова). Раньше в городе был большой целлюлозно-бумажный комбинат. А когда комбинат закрыли, рабочие из-за долгой задержки зарплаты его попросту разграбили. Нетронутым остался склад с готовой продукцией. Власти долго думали, что делать с этим добром. Корейцы хотели выкупить всю продукцию, но предлагаемая сумма властям показалась мала. Переговоры зашли в тупик. А потом склад сгорел. Власти развели руками, говорили, что хотели вырученные деньги направить в бюджет города…

Паром с видеомагнитофоном

С Сахалина я уезжал на пароме. Конечно, можно было и на самолете, но хотелось попутешествовать еще на одном виде транспорта. Паром с названием «Сахалин-9» шел в порт Ванино шестнадцать часов — на одном моторе, потому что второй пришел в негодность и его весь рейс ремонтировали. Причем из-за метеоусловий пассажирам пришлось ждать отправки рейса больше восьми часов. На паром загружали огромные машины, железнодорожные составы. Уже было далеко за полночь, когда мы все же оказались на пароме.

Как только я попал на паром, мне показалось, что я очутился в СССР. Небольшая двухместная каюта, двухъярусная кровать, небольшой шкаф для одежды, стол, лампочка над умывальником… И дикий холод. Хотя иллюминаторы были задраены, холод стоял собачий. Мой сосед, солдат-контрактник, улегся спасть в одежде, снял только сапоги. Я решил узнать, будет ли тепло, но мне сказали, что паром и так еле идет, нужно беречь энергию, а за бортом волна до трех баллов. У всех была одна мысль: дойти наконец до порта и успеть к Новому году.

На пароме мне дали талон на питание. Утром я встал, предвкушая завтрак из каши, вареного яйца и тостов с повидлом. Но буфетчица Жанна Алексеевна развеяла мои иллюзии. Я получил целлофановый пакет, где был стакан с лапшой быстрого приготовления, одноразовая чашка, пакетик кофе, салфетка и малюсенький кекс. Хорошо, что у меня были свои запасы… В обед борщ (надо сказать, очень вкусный) и пельмени обошлись мне в пятьсот рублей.

Как я потом узнал, буфетчица Жанна Алексеевна работает на судне более двадцати лет, ее график — четыре месяца на судне, два месяца дома, в родном Ванино. Этого ей хватает, чтобы куда-то съездить отдохнуть. А в один из домашних периодов она успела еще и выдать замуж дочь, которую воспитывала между рейсами (хорошо, что есть бабушка). И в целом команда поменялась за эти годы ненамного, все давно стали друг другу чуть ли не родными.

Из развлечений на пароме имеется видеосалон, где можно посмотреть фильмы еще с помощью видеомагнитофона, но зимой салон не работает. Помывка в душе стоила триста рублей, им пользовались дальнобойщики. Ходить по палубе было опасно из-за наледи. Все старались сидеть в каютах и мысленно подгоняли паром.

Кровать из пионерского детства

Наконец вот оно, Ванино. Сойдя с парома и добравшись до комнаты отдыха на железнодорожном вокзале, я решил отдох-нуть. Начал заправлять постель — и увидел, что посередине матраса дыра, из которой торчит пружина. И мне вспомнилась кровать в пионерском лагере из моего детства — с такой же дырой в матрасе и пружиной. Я посмотрел в окно и увидел, как паром выходит из порта. Улыбнулся тому, что хоть на миг вернулся в страну, имя которой было СССР. Нет, я не ностальгировал, мне и сейчас хорошо жить. Просто удивительно, что есть у нас еще места, где с советских времен мало что изменилось.

Сергей Рычков