35media.ru

«В комнате без полов жить невозможно...»

Администрация поселка Суда не смогла предоставить погорельцам жилья, которое было бы пригодно для проживания двух женщин пенсионного возраста. Череповецкий районный суд обязал власти это сделать. Погорельцы надеются, что его решение будет выполнено.
Подробности выяснял «Голос Череповца».

«Вывели из огня соседи». Беда в семье Надежды Воробьевой случилась осенью 2017 года. 56-летняя женщина до сих пор со слезами на глазах вспоминает о том кошмаре, что пришлось пережить ей и ее 81-летней матери Альбине Богдановой.
— В ту ночь я находилась в Череповце — работала администратором сутки через трое в здании университета. Мама позвонила и сказала, что наш дом, в котором проживало несколько семей, горит. В поселок Суда смогла приехать только утром, от дома уже ничего не осталось. Как мне рассказали соседи, они увидели, что здание пылает, и вызвали пожарных. Сами кинулись в дом вытаскивать жильцов. Двоих мужчин вывести не удалось. Маме повезло, соседи смогли зайти в ее квартиру. Она мне потом рассказывала, что уже засыпала, когда почувствовала запах гари. Тут появились люди и вывели ее под руки. Спасибо им большое, самой ей бы было не спастись, ведь в силу возраста она почти не ходит, видит плохо.
Как сообщили в ГУ МЧС по Вологодской области, информация о возгорании двухэтажного деревянного 8-квартирного дома по адресу: улица Гагарина, 21-б, поступила на пульт дежурного в 2 часа 57 минут. На ликвидацию пожара выехало шесть пожарных расчетов в составе 14 человек. Во время пожара в доме погибло двое мужчин. Личность одного из них удалось установить только некоторое время спустя. По некоторой информации, один из погибших систематически злоупотреблял спиртным, курил и обогревал комнату электроплиткой. По имеющимся данным, причиной пожара стало неосторожное обращение с огнем.
Как рассказала нам Надежда Воробьева, дом на улице Гагарина был в плачевном состоянии:
— Это было деревянное строение из старых бревен. Раньше из них был сложен магазин, потом его разобрали, сделали из него двухэтажный восьмиквартирный жилой дом. На каждом этаже по четыре квартиры, все маленькие, однокомнатные. Например, наше жилище было около 19 кв. м и состояло из кухни и комнаты. Имелось электричество, паровое отопление и вода. Туалет общий – один на каждый этаж. Из-за проблем с чисткой туалетов запах стоял ужасный. У меня, например, астма, и я там находиться не могла. Жила на съемных квартирах, у детей, маму постоянно навещала. Вообще, в доме практически никто не обитал по указанным выше причинам, только в двух квартирах жили мужчины 45 и 65 лет, которые и сгорели в пожаре.

«По квартире ходили с фонариком». После пожара власти предложили женщинам комнату в двухэтажном кирпичном доме в поселке Суда, и Альбина Богданова почти три года там и жила, а сама Надежда остановилась у подруги, потом снимала квартиру. Как рассказала нам женщина, комната находилась в плохом состоянии, жить там было невозможно:
— Комната на втором этаже представляла собой ужасное зрелище. Когда мы вселялись, в квартире никто не жил. Не было воды, света в коридоре и местах общего пользования, так как их отключили за неуплату из-за долгов предыдущих жильцов. В нашей комнате имелся отдельный счетчик, так что электричеством могли пользоваться. Но по квартире маме приходилось ходить с фонариком, ведь кухня, туалет общие. Воду сначала были вынуждены носить в ведрах из соседних домов, потом воду подключили. В мае этого года в квартиру вернулась из мест лишения свободы женщина, которая ранее здесь проживала. Она употребляла алкогольные напитки, у нее собирались подозрительные компании. Находиться в квартире пожилой женщине стало опасно.
В итоге Альбине Богдановой пришлось из комнаты выехать. В настоящее время дочь с матерью снимают жилье:
— Владелица очень хорошая и добрая, так что берет с нас плату только за коммунальные услуги. В месяц, в зависимости от времени года, выходит 4 000 — 5 000 рублей. У меня пенсия 9 000 рублей, у мамы – 17 000. Конечно, платим с трудом. Есть кредиты, лекарств покупать надо много — у меня астма, у мамы проблемы с желудком и зрением... На жизнь хватает, но приходится во всем ужиматься.

Суд обязал. В 2018 году Надежда обратилась в администрацию Судского сельского поселения с заявлением о постановке ее и матери на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении. Администрация сельского поселения приняла решение о признании семьи Надежды в количестве двух человек малоимущей и приняла на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении, за ней было признано право на внеочередное получение квадратных метров. Однако до настоящего времени Надежду Воробьеву и Альбину Богданову жилым помещением по договору социального найма так и не обеспечили.
20 мая 2020 года Надежда обратилась за помощью в прокуратуру. Как сообщила нам помощник прокурора Череповецкого района Елена Власова, их ведомством была проведена проверка по обращению Воробьевой.
— Изучив ситуацию, мы пришли к выводу, что жилое помещение, в котором Воробьева с матерью жила, было признано непригодным для проживания, а именно уничтоженным огнем в результате пожара. Так как Воробьева и Богданова другого жилого помещения не имели, многоквартирный дом, в котором они жили, аварийным и подлежащим сносу не признавался, в программу переселения граждан из аварийного жилищного фонда не включался, прокуратурой района в интересах граждан было подано исковое заявление к администрации Череповецкого минимального района, а также администрации сельского поселения о возложении обязанностей предоставить семье жилое помещение.    
30 июля состоялось заседание Череповецкого районного суда. Представители ответчиков в судебное заседание не явились, в письменных отзывах просили в удовлетворении исковых требований отказать. Указали, что Воробьевой и Богдановой предлагали свободные жилые помещения в поселке Суда, от которых они отказались. Других свободных муниципальных жилых помещений, пригодных для проживания, в Суде нет.  
Суд обязал администрацию Череповецкого муниципального района и администрацию Судского сельского поселения вне очереди предоставить Надежде Воробьевой и Альбине Богдановой жилое помещение по договору социального найма, отвечающее установленным санитарным и техническим правилам и нормам, общей площадью на одного человека не менее нормы предоставления, в границах поселка Суда. Решение в законную силу не вступило и может быть обжаловано участниками процесса.

«На многое не претендуем». Надежда Воробьева решением суда довольна и надеется, что оно будет исполнено. Хотя она полагает, что окончательно вопрос решится нескоро. По словам женщины, на многое она с мамой не претендует:
— Главное, чтобы были паровое отопление, вода. И чтобы в ремонте оно не нуждалось — сил у нас на него нет и денег. В принципе, нам предлагают жилье, но оно все в плохом состоянии: в одной квартире нет пола, в другой — окон, в третьей — дверей. «Жить невозможно», — объясняю я администрации. Моя мама относится к категории «дети войны», все время трудилась, многое перенесла. Я тоже всегда работала — санитаркой и младшей медсестрой в череповецких больницах на улицах Данилова и проспекте Строителей, администратором, я многодетная мать — у меня три сына и дочь, пятеро внуков. Но как-то печально складывается наша жизнь в последнее время…

Клим Снегов, газета «Голос Череповца»