Две недели с температурой под 40

После отмены ряда карантинных ограничений в соцсетях пошла новая волна скептических комментариев от тех, кто считает, что коронавирус — миф. Но то, что вирус есть
и он опасен, могут подтвердить горожане, которые сами столкнулись с этим диагнозом.

Галина Молоканова — участковый терапевт в городской поликлинике № 7. Работает она там с октября 2018 года, а до этого 25 лет отработала в медсанчасти «Северсталь». Когда в Череповце появился COVID-19, Галина была готова к тому, что может заразиться: все-таки работа на участках связана с риском подцепить вирус от пациентов. Но коронавирус «подкрался» неожиданно. Галина согласилась рассказать об этом корреспонденту «Речи».

Галина, как вы узнали, что заразились коронавирусной инфекцией?
— Это была пятница 5 июня. С утра все было хорошо, я отработала на трех участках и пришла домой около двух часов. Оставалось внести в компьютер все данные после посещения больных. И вдруг мне резко стало плохо. Я даже сразу не поняла, в чем дело. Мне стало плохо настолько, что голова закружилась. Чувство жара непонятное возникло. Поняла, что заболеваю. Померила температуру — 38,2. Я позвонила заведующей поликлиникой, она ко мне сразу пришла, осмотрела и взяла мазки на коронавирусную инфекцию. Я вообще человек закаленный, практически не болею. Могу перенести на ногах легкую ОРВИ, это уже в порядке вещей. У участковых терапевтов вообще сильная иммунная система. Я рассудила, что с такой температурой летом в жару может быть только инфекция, гриппа летом быть не должно, поэтому я сразу поняла, что у меня COVID.

На тот момент у меня была только высокая температура, ни насморка, ни кашля. Но было тяжеловато дышать — из-за температуры. Мне оформили больничный, и пять дней я лечилась дома. Температура все эти дни так и не опускалась ниже 38,2. Лечилась противовирусными, жаропонижающими, принимала витамин С. А в субботу утром мне позвонили и сообщили, что предварительно результат анализа положительный и что направили его на подтверждение в Вологду. На следующий день пришел результат из Вологды. Положительный.

Как вы попали в моногоспиталь?
— Я честно лечилась пять дней дома, но на шестой день стало хуже. Стало тяжело дышать. Температура не опускалась даже на жаропонижающих. Только на короткое время удавалось сбить, а потом опять поднималась, бывало до 40 градусов. Даже два раза теряла сознание. То есть, как я поняла, пять дней вирус был на слизистой носа, а потом спустился в легкие.

На шестой день я позвонила своему лечащему врачу, она сразу пришла, осмотрела меня, выписала направление на госпитализацию и вызвала скорую помощь. Там все было четко организовано: позвонили мне перед приездом, сказали, что нужно надеть маску, перчатки, объяснили, как выйти и как сесть в машину, чтобы не контактировать ни с кем. В моногоспитале тоже действовали четко. Сразу меня проводили в палату, где ко мне пришел врач и осмотрел. Сделали рентген в этот же день, пневмонии не обнаружили, все было чисто в легких. Но температура огромная, дышать тяжело. Начали сразу лечение противовирусными и противовоспалительными препаратами, поставили капельницу с парацетамолом. Это дало временное облегчение. Но процесс распространения инфекции продолжался. Я поняла, что началось заражение в легких. Позже сделали еще один снимок, он показал, что в легких есть небольшое затемнение. Потом это затемнение становилось все больше и больше, то есть процесс затронул оба легких. Температура держалась 17 дней и не сбивалась лекарствами. Я чувствовала, что поражение в легких поднимается выше и выше. Пневмония развилась на 11-й день заболевания. Врачи 14 июня зафиксировали по снимкам начало процесса в легких и поставили диагноз «двусторонняя коронавирусная пневмония».

Какие еще были симптомы?
— Было тяжело дышать, появилось легкое покашливание. И на седьмой-восьмой день заболевания, когда уже находилась в стационаре, пропало обоняние. Но у меня было такое тяжелое состояние, что уже не обращала внимания на то, что запахи не чувствую. На первое место выходит общее плохое самочувствие: интоксикация организма, слабость, нарушение сна, сердцебиение, спутанность сознания, заторможенность, ощущения жара, чувство нехватки воздуха. То есть такие неспецифические проявления, которые обычно бывают у человека с температурой под 40. Насморка не было, горло не болело. Было чувство жара в грудной клетке, как будто легкие выжигает. Оно возникло на шестой день заболевания и длилось, пока была температура. Я была в таком состоянии, что трудно было ориентироваться, где и что. Рукой по стене проведешь и понимаешь, что ты еще в больнице. Иногда была такая спутанность сознания, что не осознаешь даже, где находишься. Было так тяжело, что в коридор не могла выйти. На 18-й день болезни температура так же резко спала, как и поднялась. Сразу стала 36,2. И больше не повышалась.

Как вы полагаете, где могли заразиться ковидом?
— Я не знаю, где я заразилась. С ковидными больными я не работала. В магазины ходила в маске, везде соблюдала режим безопасности, на вызовах на мне всегда были средства индивидуальной защиты. Возможно, вместо маски нужно было респиратор надевать. В основном контакт был с пациентами, которые оформили вызов на дом. Но очень легко можно заразиться в лифте, если перед вами ехал вирусоноситель или больной человек. Это маленькое пространство, закрытое и не проветриваемое. Сколько вызовов у врача, практически столько и лифтов. Но лично с людьми, у которых были бы явные симптомы ковида, я не сталкивалась ни на работе, ни в обычной жизни. Поэтому я думала, что меня и не затронет это. Думала, что если я заболею, то в легкой форме. То есть не была готова, что так сильно переболею.

Сколько дней вы лечились в многоспитале?
— В моногоспитале я провела больше двух недель — с 10 по 26 июня. И сейчас нахожусь на больничном. 16 июля мне сделали снимок на компьютерном томографе, который показал, что поражение легких составляет 25 — 30 %, то есть до сих пор есть признаки двусторонней пневмонии. Больничный у меня
заканчивается, а затем я иду в отпуск на две недели, потому что мне необходимо восстановление — до сих пор сохраняется сильная слабость, еще не могу полноценно дышать. К тому же неизвестно, какие последствия проявятся через месяц. Врачи говорят, что может быть фиброз легких, когда заменяется соединительная ткань на рубцовую. Сейчас я прохожу противовоспалительную гормональную терапию, УВЧ, физиопроцедуры, делаю дома ингаляции, дыхательную гимнастику. И главное — ходьба в обычном темпе: расхаживаюсь, чтобы легкие восстанавливались, разрабатывались.

Кто-то из ваших родственников заразился?
— Из моих родных никто не заболел. Как-то удачно сложилось, что у меня с ними не было никаких контактов. Дети жили отдельно как раз в то время, когда я заболела. Я вообще ни с кем из семьи не контактировала, у меня были только работа и дом.

Как вы оцениваете работу врачей моногоспиталя?
— Меня впечатлила не только безупречная работа врачей, но и то, как там все организовано — питание, лечение, уход. Повторюсь, когда меня привезли, все было быстро и четко: тут же, на входе, все обрабатывалось дезинфицирующим средством, оформление документов заняло две-три минуты, не больше. И сразу меня отвели в двухместную палату. Со мной там, кстати, лежал на лечении еще один доктор. Мы находились на круглосуточном контроле, врачи постоянно подходили, спрашивали, осматривали. Питание как на базе отдыха — фрукты, овощи, все свежее. Четыре раза в день кормили. Вот только есть не хотелось. Я была удивлена качеством и разнообразием питания.

Сейчас в соцсетях активизировались скептики, которые утверждают, что коронавируса не существует, а поэтому не нужно никакие маски носить. Что бы вы сказали таким людям?
— Я думаю, что такова человеческая психология. Многие люди не верят в опасность, пока сами не столкнутся с ней. Просто благодаря карантинным мерам и режиму самоизоляции у нас в городе удалось избежать массового заражения, многие с этим просто не столкнулись и не поняли серьезности ситуации. Поэтому и возникло у многих впечатление, что эпидемии нет. Ведь нельзя же сказать, что это какой-то мировой обман или массовый психоз. Такого быть не может. И сейчас действительно люди расслабились, многие ходят уже без масок. Но это неправильно. Я тоже ведь думала, что если заболею, то несерьезно, мой сильный иммунитет справится. Но оказалось, что новая инфекция непредсказуема, мы с такой не сталкивались никогда, поэтому и не оказалось защитной реакции. В итоге я провела два месяца на больничном, и еще предстоит долгое восстановление.

Жанна Газзаева