Луковая похлебка да хлеб с мякиной

Сегодня живые свидетели военного и послевоенного времени — это в основном дети войны, которым сейчас уже много лет. В их воспоминаниях часто звучит боль. Они рассказывают, как было страшно в войну, голодно, холодно, каким тяжелым был труд.

Приведем отрывки из одного такого письма: «Я Чижикова Людмила Павловна, в девичестве Шарова. Уроженка деревни Тарасово Белозерского района. Мне в апреле 2020 года исполнилось 82 года. Я последний ребенок в семье. Про то, что мы пережили во время войны, да и после, вспоминаю со слезами на глазах. Нас, детей, в семье было шестеро. На войну в нашей семье ушел отец, Шаров Павел Иванович, брат отца Шаров Василий Павлович и сестра Шарова Нина Павловна. Ей в мае будет 98 лет. На фронт уходила из Ленинграда. Сейчас она живет в Волгоградской области, в поселке Приморск, в окружении детей, внуков и правнуков. Отец и брат его Василий умерли в Днепропетровске. Мой брат Шаров Александр Павлович (ему 91 год) живет в родительском доме в деревне Тарасово Белозерского района. Три сестры — Нина, Валентина и Зинаида — живут в Приморске Волгоградской области. А я вот в Череповце. 25 лет отработала водителем трамвая (пришла работать 20-летней девчонкой) и 11 лет диспетчером. Трудилась на совесть, имею множество наград.

Вспоминая войну, скажу, что у отца было много медалей: «За отвагу», «За оборону Ленинграда», «За взятие Вены», «За освобождение Белграда», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.». А после войны он трудился в колхозе. Тогда работали за трудодни. Тяжелая доля выпала отцу, всем, кто воевал. Тяжело пришлось моей маме, Шаровой Анне Константиновне: столько детей поднять. Да и нам, детям, было несладко. Всего не расскажешь…»

Другое письмо. «Я часто вспоминаю свою бабушку, которая в войну и в послевоенное время вырастила и подняла семерых детей, — рассказывает Людмила Серова. — Помню, как я не понимала, что значит мякина, которую выдавали в колхозе на трудодни. Бабушка готовила луковый суп, простенький очень. Я, набегавшись, ела, а она смотрела на меня с жалостью. А теперь я сама жалею, что не расспросила подробней бабушку о ее жизни. Надо, чтобы и наши дети знали, что значит голод, ценили хлеб, знали, каким трудом он достается».

Татьяна Ковачева