«На безымянной высоте» не дает забыть о 18 солдатах

Песни рождались на фронте и в тылу, поднимали бойцов в атаку, помогали выстоять, выжить и дождаться близких. Песни шли по следам горячих событий 1941 — 1945 годов. Вместе с журналистами газеты «Речь» узнайте историю и сохраните слова великих песен.

Песня «На безымянной высоте» о реальных событиях военных лет была написана почти через 20 лет после окончания военных действий. Вот как вспоминает процесс создания легендарных строк военный корреспондент, поэт Михаил Матусовский:

— Впервые об этом сражении я услышал от редактора дивизионной многотиражки Николая Чайки, когда служил в газете 2-го Белорусского фронта. Рассказ поразил меня. Позже я познакомился и с героями, оставшимися в живых. А припомнилось мне все это снова, когда в начале 60-х годов режиссер Владимир Басов пригласил меня и композитора Вениамина Баснера работать вместе с ним над фильмом «Тишина» по одноименному роману писателя-фронтовика Юрия Бондарева. Басов попросил нас написать песню, которая как бы сфокусировала в себе фронтовую судьбу двух главных героев картины. Песню, не поражающую масштабностью и размахом событий. И тогда я вспомнил этот бой. В истории Великой Отечественной войны он только маленький эпизод, но как велико его значение!

А события, описываемые в песне, произошли в сентябре 1943 года, когда 8-я рота 718-го полка 139-й стрелковой дивизии 10-й армии Западного фронта отправилась на захват важного объекта на границе Калужской и Смоленской областей у поселка Рубежанка. Недалеко от поселка была и есть высота, обозначенная на картах военного времени отметкой 224,1 метра. Сколько таких высот оказывалось подчас серьезной преградой на пути наших войск, освобождавших свою землю! Много раз поднимались в атаку наши воины, пытаясь выбить фашистов с этой высоты, но безуспешно.

Эту боевую задачу взялась выполнить группа солдат в составе восемнадцати сибиряков-добровольцев, которую возглавлял лейтенант Евгений Порошин. Ночью они подошли вплотную к укреплениям врага и после боя овладели высотой. Но это было лишь частью задачи, не менее сложно было удержать высоту.

Атаки противника продолжались волнообразно, одна за другой. Солдаты нуждались хотя бы в кратковременной передышке, чтобы сменить и перезарядить пулеметные и автоматные диски, отхлебнуть из фляжки глоток воды. В этот момент один из них, Николай Голенкин, решил отвлечь огонь врага. В окровавленной и изодранной гимнастерке поднялся он во весь рост и пошел прямо на противника. Левая рука его была перебита, и потому он держал автомат в правой руке, стреляя из него на ходу. Так он прошел метров пятнадцать — двадцать…
В течение всей ночи 17 солдат удерживали высоту, отбивая атаки превосходящих сил немцев (до 300 солдат).

Итог боя оказался печальным. В песне поется: «Их оставалось только трое из восемнадцати ребят», но на самом деле уцелеть удалось только двум бойцам.

Почему данные разнятся? Все просто: поэт Матусовский услышал эту историю не из первых уст, поэтому такая неточность. Увы, действительно, уцелеть удалось только двум ребятам: Герасиму Лапину и Константину Власову.

Доподлинно известно, что рядового Герасима Лапина нашли наши бойцы спустя сутки после окончания боя — в одной из воронок, засыпанной землей, увидели торчащий ботинок. Когда откопали, у контуженого и раненого однополчанина пульс едва бился. В медсанбате бойца подлечили, и потом он продолжал воевать в составе этого же полка, был дважды ранен, но оба раза после излечения возвращался в свою часть. Затем был направлен на учебу и переведен в другую часть, с которой и дошел до Берлина. После войны Лапин вернулся в родной Донецк.

Сержанта Константина Власова фашисты взяли в плен. Когда у него уже кончились патроны, из трех гранат он сделал связку, а четвертую оставил на крайний случай. Когда четверо фрицев стали приближаться к нему, он бросил связку гранат и уложил их на месте. Потом показались еще семеро. Власов решил подпустить их поближе и подорвать вместе с собой последней гранатой, но граната не взорвалась, и он раненым был захвачен в плен. Сутки провел сержант Власов в рославльской тюрьме, 49 суток — в бобруйском лагере военнопленных. 4 ноября 1943 года пленных погрузили в эшелон и повезли на запад, в Германию. Перед самой отправкой Константин спрятал под стелькой ботинка складной нож с плоской ручкой. Уже в пути под стук колес Власов и другие пленные поочередно надрезали этим ножом доску против наружного запора двери, выдавили надрезанную доску, раскрутили проволоку на щеколде и, откатив тяжелую вагонную дверь, на полном ходу выпрыгнули из вагона. В ночной темноте они разбежались по окрестным кустам. Через несколько минут их окликнули партизаны. Вместе с другими бойцами Власов был зачислен в белорусский партизанский отряд «Мститель», участвовал во многих партизанских операциях. После войны работал в Новосибирске на родном заводе.

Выжившие герои «Безымянной высоты» встретились спустя годы на том самом месте во время открытия памятника штурмовой группе. Сам поэт Матусовский, побывав на месте высоты, спустя годы добавил несколько строчек в свое стихотворение:

На склонах обагренной Волги,
На берегах Москвы-реки
В своих дубленых полушубках
Стояли вы, сибиряки.
Да будет не забыт ваш подвиг,
Как не забыты будут те -
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.

Но песня с 1964 года уже звучала в первоначальном варианте — из фильма «Тишина» ее буквально переписывали на коленках в зрительном зале и пели сразу на выходе из кинотеатра.

Подготовили Полина Удовиченко и Нелли Успенская