«Тетя Фаля у нас была боевая»

В небольшую тарногскую деревню Маклинскую я поехал посмотреть, как живет Сергей Романов, который минувшей зимой получил вторую премию на фестивале ледяных фигур в Череповце. А вернулся я с воспоминаниями дяди Сергея о воевавших родственниках.

Напомню, что награду фестиваля ледяных фигур Сергей Романов получил в паре с Василием Фадеевым из Тотьмы. Василия я знал раньше и даже побывал в его тотемской деревне Орловке, которую он восстанавливает. А с Сергеем увиделся впервые.

В марте я решил съездить к Сергею в деревню Маклинскую, чтобы узнать, как живет мастер и что вдохновляет его на творчество. Сергей меня удивил. Он пригласил меня в свой домик пчеловода, где у него останавливаются гости. Главная особенность этого домика, пропитанного запахом меда, в том, что под каждой деревянной кроватью мастер оборудовал улей. И гости засыпают под звуки пчелиного роя. По отзывам тех, кому довелось испытать это, они словно молодели после такого ночлега. У них улучшалось общее самочувствие, пропадали боли, стабилизировалось давление.

А дальше мы отправились в гости к дяде Сергея, Петру Федоровичу Романову, который всю жизнь честно трудился на родной земле.

Большой деревенский дом, которому, наверное, больше ста лет, стоит, словно богатырь, на подъеме в деревню. Богатырем я представлял и его хозяина — и не ошибся. Петр Федорович пригласил к столу и после первых фраз знакомства перешел к воспоминаниям об отце.

— Тятя у меня работал в колхозе. Как началась война, его призвали в армию. И из Вологды мы от него только одно письмо и получили.

Он протянул мне пожелтевший лист, исписанный карандашом. Отец моего собеседника писал, что их готовят в пехоту, обещали выдать обмундирование и отправить куда-то поездом на обучение. Беспокоился о том, как с одеждой у детей, сумеют ли собрать урожай, закончили ли сенокос. Это была единственная весточка от отца Петра Федоровича, и она очень бережно хранится.

— А еще у отца была сестра Евфалия, которую мы все называли просто Фалей, — продолжал хозяин. — Она всю жизнь у нас была боевая, настойчивая. Мы ею всегда гордились и сейчас гордимся. Когда наступил 1942 год и в колхоз опять пришел приказ собирать молодежь на фронт, Фаля была одной из первых, кто записался. Конечно, все плакали, но она стояла на своем и просилась на передовую. Окончила курсы медсестер и была определена в расположение Второй ударной армии. Она в письмах нам не писала о том, как воевала. Но потом уже рассказывала, что бои были тяжелые, раненых много. Сколько она спасла людей — десятки, сотни, — неизвестно. Но много. Ее однажды тоже ранило, но она продолжала помогать раненым. А в кровопролитных боях на Синявинских болотах получила тяжелую контузию, долго лечилась в госпитале. Когда выписалась, на фронт из-за ранения не пустили. Но и тогда она не поехала домой, а выучилась на шофера и помогала в освобожденных районах Ленинградской области, развозя грузы. И только после войны вернулась в родную деревню с медалью «За отвагу». И в труде была на передовой, ее не раз ставили в пример, имела много поощрений.

Под конец Петр Федорович сказал, что всегда брал пример со своих родных, что все Романовы крепкой породы и всегда готовы, если надо, встать на защиту Родины. Кстати, в деревне установлен памятник землякам — фронтовикам и труженикам тыла. Ими здесь гордятся, а за памятником ухаживают.

Сергей Рычков