35media.ru

«Второй Магомаев» выступил в Череповце

Звезда оперной сцены и эстрады, участник и победитель телеконкурсов Альберт Жалилов, которого за голос и манеру называют «вторым Магомаевым», спел в Череповце ораторию Валерия Гаврилина «Скоморохи». «Речь» поговорила с певцом о творчестве и жизни.

— Вы к нам из Милана?

— Да, недавно я выступал в Милане, но после этого столько всего было — Рязань, Псков, Москва, Санкт-Петербург, Тольятти. В Милане я исполнял заглавную партию в опере «Евгений Онегин» на русском языке, но перед итальянской публикой. Это было концертное исполнение оперы — дуэль с Ленским была, но пистолетов не было, и на сцене он не падал, а уходил за кулисы. Принимали замечательно. С Италией меня связывает многое, я там бывал не раз. Давал сольный концерт, пел в «Свадьбе Фигаро», проходил стажировку во Флоренции три года.

— Вы на своем сайте включили Череповец в число городов, в которых выступали. Когда это произошло?

— Это было лет шесть назад, на заре моей творческой деятельности. Если не ошибаюсь, я выступал с программой романсов и народных песен. Что запомнилось? Сам Череповец запомнился. Знаете, когда со стороны Санкт-Петербурга подъезжаешь к городу и видишь всю эту промышленную мощь, дух захватывает. Тогда, шесть лет назад, меня это просто поразило. Сейчас я решил сверить впечатления — и снова был поражен. Могу сказать, что Череповец — это самый брутальный город России. Я даже у себя на страничке в соцсети устроил опрос на самый брутальный город России. Мои подписчики выбрали Челябинск, но я написал: вы просто в Череповце не были.

— И вы уже во второй раз привозите нам классику и народные мотивы…

— Да, и считаю, что это правильно. В душе любого человека живет любовь к познанию. Я не против легкой музыки, как и любой другой. Но у каждой музыки своя функция. Классика несет красоту и образование, и люди ждут такую музыку. Например, в этот раз я исполняю в Череповце ораторию вологодского композитора Валерия Гаврилина «Скоморохи»: в ней очень интересная музыка и сюжет потрясающий, остросоциальный. Это единое полотно с сюжетом — скоморохи, которых раньше изгоняли отовсюду, рассказывают свою историю России. Это очень глубокое произведение, в советские времена «Скоморохи» были запрещены.

— Сорок минут нескончаемого пения. Разучивали ораторию долго?

— Слов, действительно, много, но всегда нахожусь в процессе разучивания нового материала, поэтому память у меня тренированная. Люблю разучивать новый материал у рояля с пианистом: когда мелодия хорошая, текст сам собой ложится в память.

— Вы выступаете в Италии, Франции и других передовых оперных странах. Трудно конкурировать с местными певцами?

— Конкуренция повсюду высокая — певцов очень много, и хороших певцов тоже много. Это конкурентная среда, но без нее было бы неинтересно. Конкуренция тебя подстегивает для творческих свершений. Я не думаю, что в Италии конкуренция больше, чем в России. Скорее, меньше, учитывая размеры стран. Я никогда не ощущал из-за этого какого-то давления.

— Провокационный вопрос: зачем ехать на Вологодчину, если в Милане хорошо принимают?

— Потому что в Милане я уже выступил, а на Вологодчине давно не был. Жизнь певца такая — сегодня ты в Череповце, завтра в Белоруссии, послезавтра во Франции. После последнего итальянского концерта я из Милана прилетел сразу в Рязань. Я веду активную концертную деятельность, у меня более 20 концертных программ, исполняю более 500 произведений на 12 языках. Еще у меня есть свой фестиваль в Подмосковье. Я побывал приблизительно в 120 городах России, и мне это безумно интересно. В этом сезоне буду выступать в Англии, Германии, Италии, странах СНГ.

— На экзотических языках поете? Например, на японском?

— Нет, потому что не люблю просто зубрить. Когда разучиваю новый материал, погружаюсь в него, мне важно понимать, о чем я пою. Пою на самых распространенных европейских языках — болгарском, татарском, турецком, азербайджанском и других.

— Вы выступили, наверное, во всех основных вокальных телеконкурсах, кроме «Голоса». Что они вам дали?

— Телепроекты — это всегда интересно. Каждый из них принес мне эмоции и большую известность, что положительно сказалось на моей концертной деятельности. Сейчас продолжаю постоянные съемки в программе «Романтика романса», которая выходит на телеканале «Культура». Этот проект нравится мне больше всего, потому что он живой — живой голос, живой оркестр, живой зритель. А другие телеконкурсы… Нужно понимать, что это прежде всего шоу. Идти туда, чтобы познать азы вокала, не имеет смысла. Они не об этом. Но телеконкурсы дают потрясающий опыт. Там тяжелая атмосфера и все происходит очень быстро, у тебя нет времени подготовиться, настроиться. Но эти сложности воспитывают, закаляют нервную систему. Но если она у вас не очень крепкая, не нужно участвовать.

— Почему на «Голос» не пошли с закаленными нервами?

— Меня несильно занимает этот проект, потому что не хочется обеднять себя, обеднять свой голос. Хочется петь то, в чем ты сможешь себя проявить по-настоящему. Мы видим по многим проектам, что участники после них не гастролируют, их не видно и не слышно. Потому что любой телепроект — всего лишь один из рычагов твоего профессионального роста. Это не манна небесная. И чем больше времени и сил ты будешь отдавать телевидению в надежде на что-то, тем больше ты потеряешь времени. Нужно развиваться изнутри, строить карьеру самостоятельно, создавать команду.

— Говорят, что певцы с оперным вокалом не могут исполнять рок- и поп-песни близко к оригиналу. У них всегда получится опера. Вы в караоке можете спеть какой-нибудь модный хит?

— Конечно. В телепроекте «Живой звук» я, например, исполнял «Белые лебеди, светлые сны» из репертуара Наташи Королевой, песню «ДДТ» и композиции других групп. И стал одним из победителей. Классический певец без проблем исполнит любую поп-вещь, а певец с эстрадным вокалом классику не споет.

— Узнаваемость помогала когда-нибудь?

— Вы знаете, да. Была забавная ситуация. У меня порвался паспорт, и его нужно было менять. Причем срочно, потому что скоро предстоял отъезд. Я пришел в паспортный стол, а там огромная очередь. Я понимаю, что стоять придется часа два. И вдруг женщина, которая стоит самой первой в очереди, подходит ко мне и говорит: «Альберт, это вы? Я ваша поклонница, была на многих ваших концертах. Идемте, я вас пропущу». И она меня провела под недовольный ропот очереди.

Сергей Виноградов