35media.ru

Живем без планов, без альтернативы?

Газета «Речь» вместе со СМИ из других регионов участвовала в уникальном социологическом эксперименте: жителей России попросили поделиться их видением будущего — своего личного, города, региона, страны. Теперь стали известны первые итоги.

Слова, произнесенные гласно

Среди череповчан, весной этого года по просьбе журналиста газеты «Речь» ответивших на вопросы, мнения о будущем оказались почти полярны: либо (чаще) уверенный оптимизм, либо отрицание изменений к лучшему. На днях социолог, руководитель исследовательской группы «ЦИРКОН» Игорь Задорин в интервью журналу «Огонек» рассказал об итогах исследования, предварительно пояснив, в чем уникальность проекта:

— Во-первых, он волонтерский, то есть делался энтузиастами — журналистами и социологами — исключительно из личных побуждений: нам хотелось понять, что сами люди способны сказать о будущем. Во-вторых, мы предлагали респондентам поразмышлять по трем темам: о том, каким они видят свое личное будущее в 2025 году, каким — будущее города, региона и, наконец, о том, каким они хотели бы видеть будущее страны. В результате мы получали не стандартизированные заполненные анкеты, а развернутые сочинения на тему. В-третьих, мы отошли от привычных принципов проведения социологических опросов и предложили нашим собеседникам представиться, лишившись удобной анонимности. Это был сознательный шаг: нам было интересно не просто «что россияне думают о том-то и том-то», а какие слова о собственном будущем и будущем страны они готовы произнести гласно. Мы делали публичный проект: участвовавшие в нем журналисты региональных СМИ оперативно размещали высказывания наших респондентов на своих ресурсах.

Россияне не строят долгосрочных планов

Это первый вывод социолога, подтвержденный и результатами других исследований. Типичной была ситуация: согласившись участвовать в опросе, респондент долго и мучительно думал, что написать, и, наконец, понимал: написать ему нечего — планов просто нет, сплошная неопределенность.

— Собственно, про отсутствие долгосрочных жизненных стратегий, про невозможность их выстраивания в непрерывно меняющемся мире уже многие давно говорят. Это фундаментальная проблема, — говорит Игорь Задорин. — Вот в советское время вся жизнь человека была буквально пропитана мечтами, планами, «программами построения» и т. п., и в какой-то степени было даже неприлично не иметь своих планов, не представлять себя через много лет. Такой тип мышления существовал массово. Сейчас его встретить получается с трудом.

Интересно наблюдение социолога по поводу ответов молодых людей:

— У молодежи появляется принципиальная установка: раз будущее неопределенно и в нем возможно все, то, соответственно, нужно применять ситуативное (адаптивное) планирование. Люди настраиваются не на построение карьеры, а на «трудовой серфинг», если можно так выразиться: пойду поработаю год-другой там, потом сменю работу, попробую себя еще где-то, потом, может, поеду куда-нибудь поучусь и так далее.

Альтернативы не видят

Оказалось, ответы россиян на второй вопрос (о планах) и третий (о мечте) почти идентичны. Получилось так: если человек оптимист, то он и возможное, и желаемое будущее видит в розовом цвете; если пессимист, то желаемого у него, как правило, просто нет или он в желаемом все равно описывает все беды, которые должны посыпаться на страну, если она продолжит жить так, как сейчас.

— Буквально у единиц вероятное и желаемое диаметрально расходились — как антиутопия и утопия, — говорит социолог. — Нашим респондентам сложно увидеть будущее страны, но у них, как правило, отсутствует и альтернативный, идеальный вариант ее развития. Вероятно, эти два обстоятельства, взаимно обусловливая друг друга, обеспечивают некоторую стабильность и спокойствие. Альтернативные варианты появляются в революционные эпохи, собственно, они революцию и провоцируют.

Кто ответственен?

— Мы в целом ожидали, что будет мало упоминаться гражданское общество, НКО и прочее, — продолжает Игорь Задорин. — Но немного странно, что в качестве субъекта изменений совсем не упоминается бизнес, который, вообще-то, судя по ответам людей, сильно влияет на их жизнь: закрывает те или иные производства, ведет вырубку леса или обеспечивает работой весь город. Его как «агента изменений» будто не замечают.

Если говорить в целом о персональной ответственности человека за свое будущее, а также будущее региона и страны, то я, опираясь на множество исследований, рискну утверждать, что мера этой ответственности в массе населения снижается. Сами вздохи о том, что мы несамостоятельны и безответственны, слышатся с начала 90-х годов, но тогда казалось, что по мере развития рынка и капитализма человек просто вынужден будет определяться и становиться хозяином жизни. А вот ничего подобного! Задача полагаться на себя оказалась такой сложной, что люди отказались ее решать. Современный молодой человек уже спокойно говорит: от меня ничего не зависит, а потому я свободен от обязательств. И юношу совершенно не смущает, что вся его свобода — лишь в умении адаптироваться, это «свобода отступления», свобода от усилий воздействовать на неопределенность.

На разных языках

По мнению Игоря Задорина, бросается в глаза, что слова респондентов о будущем и слова политиков о том же — из разных языков. Например, по статистике одно из самых значимых слов в разговоре о будущем (не только о личном) для людей — это слово «дети». Причем о детях говорят не как об «объектах для образования и профориентации», а как о тех, кто продолжит жить на этой земле, продолжит самих респондентов-родителей. С другой стороны, люди совсем не говорят о «прорывных технологиях», рисуя ближайшее будущее. Вообще, «технологическая» тема в их интервью, согласно статистике, в разы уступает теме социальных отношений между людьми, между людьми и институтами. И если эксперты и политики готовят людям не то будущее, которого люди ждут (даже на уровне приоритетов), то такой разрыв может быть опасен. Есть же такое понятие — футурошок: потрясение от соприкосновения с будущим, которое внезапно наступило. К мыслям о роботизации, радикальной замене старых профессий новыми, к резкому увеличению продолжительности активной жизни россияне не привыкли. Если мы и правда хотим, чтобы все это случилось, нужно подготавливать почву постепенно, опираясь на то, что людям близко сейчас.

Ирина Ромина