35media.ru

На деревню к Василию — за тишиной

Василий Фадеев, обосновавшись в деревне Орловке Тотемского района, занимается спасением заброшенных домов, созданием парка деревянных скульптур и развитием сельского туризма. И гости с удовольствием едут к нему, главным образом — москвичи.

Когда я ехал в Орловку в гости к Василию Фадееву, думал о том, что еще лет 15 — 20 назад молодежь уезжала из деревни, а сейчас многие молодые люди, наоборот, стремятся в село. Среди них и Василий Фадеев, человек известный в творческих кругах области. Уроженец Тотьмы, он окончил Череповецкое училище искусств и художественных ремесел, Санкт-Петербургскую художественно-промышленную академию им. А.Л. Штиглица (факультет монументально-декоративного искусства). Его мать Ольга Николаевна Фадеева создала в Тотьме центр традиционной народной культуры «Морошка», проводит различные праздники, мастерит народные куклы. Дед Николай Прокопьевич Сажин — известный тотемский художник, отразивший в своих работах красоту родного края. Иногда ранним утром, часа в четыре, редкие прохожие могут видеть, как он идет на пленэр. В этом году художнику Сажину исполнилось восемьдесят лет, а он полон творческой энергии.

Василий приехал встречать меня на мотоцикле «Урал» к центральной шоссейной дороге. Но не застал, я был в местном райповском магазине, покупал продукты. Этот магазин удивил меня скудостью товарных запасов: если кто-то задумает купить впрок — не хватит, всего помаленьку. На огромных полках товары лежали на расстоянии метра друг от друга. Пять сахарниц, один эмалированный чайник, стиральный порошок… Ну и полки с продуктами. Но местные жители рады, что хотя бы такой магазин есть — один на всю округу. Не надо ехать лишний раз за спичками и солью в Тотьму.

Мы с Васей все-таки встретились и поехали в сторону его деревни. Начинало смеркаться, дорога была скользкой. Чтобы легче было заехать на крутой угор, на котором и располагается Орловка, Василий еще днем насыпал здесь песка. И это нам помогло.

Дом, в котором сейчас живет Василий, он приобрел год назад, позже по бросовой цене выкупил еще два дома. Когда мы въехали в Орловку, Вася специально становился у развалившегося дома и рассказал, что еще полтора года назад в нем можно было жить. Но дожди и снег, под тяжестью которого крыша обрушилась, сделали свое дело. Василий выкупил три дома, чтобы и их не постигла такая же участь. Один из них он уже обустроил как гостевой — с хорошей русской печью, добротной старой мебелью. И желающих пожить в тишине находится немало. Московские гости — а в основном они едут отдыхать в глубинку — рады всему, их не смущает даже то, что удобства на улице, что за водой надо ходить на ключ. С интересом пробуют истопить баню и приготовить еду в чугунке. Для них все это экстрим, но им интересно хотя бы пару дней пожить деревенской жизнью. Поначалу, конечно, трудно, но потом многие гости вдруг вспоминают, что родом-то тоже не из Москвы, а из сельской местности, и с удовольствием топят печь, ставят самовар на углях и предаются воспоминаниям о своих детских деревенских годах.

Когда Василий приехал в деревню, его настолько поразили эти места, что он сказал себе: если и жить на селе, то только в Орловке. Хотя нормальных домов здесь, если не считать тех, что куплены Василием, всего-то два — пенсионеров Дуровых да бывшего первого замгубернатора Сергея Громова. Как говорил сам Сергей Михайлович, дом он приобрел почти даром. В просторном двухэтажном пятистенке появились камин, бильярдная, была поставлена баня… Но жить в доме никто не стал. И теперь Сергею Михайловичу приходится выставлять его на продажу, но желающих пока не нашлось. А строение постепенно начинает ветшать…

В доме, где у Василия мастерская, когда-то жил Иван Иванович, мужчина мастеровой, мог делать санки, бочки, другую хозяйственную утварь. Хотя у них с женой и не народилось детей, люди они были приветливые, гостеприимные. Василию запомнился один случай. Как-то сидели они с братом после сенокоса, пили чай. Вдруг около дома остановилась машина, вышли люди и стали заглядывать в окна. Новые хозяева принялись зазывать гостей в дом, но приезжие отказались, сказали только, что бывали тут в детстве. А когда они уехали, Василий нашел старую детскую деревянную сабельку…

Основная цель, которую поставил перед собой Василий, это популяризация и развитие сельского туризма. И, забегая вперед, скажу, что, когда я был в Великом Устюге, рассказал об инициативе молодого человека заместителю губернатора Олегу Васильеву. Мое сообщение его порадовало, он сказал, что таким людям, как Фадеев, надо помогать. Ведь именно они сохраняют народную культуру. И верно: дом Василия словно живой музей крестьянского быта. Готовит хозяин в основном в печи. После того как печь протопится, он ставит туда чугунок со щами или кашей, а сам переходит в другой дом, где у него мастерская. Сейчас Василий вытачивает из дерева скульптуру своего знаменитого деда; как-то Николай Прокопьевич приезжал, глянул на творение внука — одобрил. А у центральной площади Тотьмы стоит памятный знак черной лисице — ее фигуру изготовил Василий Фадеев. Хотя черная лисица и не водилась в вологодских лесах, ее изображение было помещено на герб Тотьмы и является символом заслуг тотемских купцов и мореходов в освоении островов Тихого океана и побережья Северной Америки в XVIII — XIX веках.

…Василий считает, что нашел себя тут, в деревне: для самореализации у него здесь есть все. Он любит делать все красиво и основательно. Кстати, в его планах — создание в Орловке парка деревянной скульптуры.

Основательно он подходит и к воплощению своей мечты — возрождению деревни. Это очень большой труд, но Василий верит, что вернется сюда жизнь, вновь зазвучит русская песня, заиграет гармонь. И желающих увидеть настоящий сельский быт будет все больше.

Сергей Рычков