По суду и без совести внук распорядился наследством

В редакцию «Голоса…» обратилась дочь 98-летней Анны Петровны Сергеевой и рассказала о непростой ситуации, в которой оказалась ее престарелая мать. Пресловутый квартирный вопрос испортил в этой семье родственные отношения. Так, 25-летний внук Анны Петровны, которого она воспитывала и которому помогала с детства, однажды просто сменил замки на дверях квартиры и не пустил бабушку и теток на порог. По закону собственником жилплощади является именно он, ведь бабушка сама подписала дарственную на квартиру. В сентябре этого года внук через суд лишил Анну Петровну прописки. И сейчас женщина с юридической точки зрения является бомжем — у нее нет ни квартиры, ни какой-либо регистрации.

«Сиротинушку жалко»

Однокомнатную квартиру в Заречье, ставшую камнем преткновения, получил супруг Анны Петровны, инвалид Великой Отечественной войны, на праздник 9 Мая.
У Анны Петровны было четверо детей — три дочери и младший сын Владимир.
— Брат со своей женой пили сильно, — рассказывает дочь Анны Петровны, Зинаида Васильевна. — У них двое детей было, но из-за пьянства Володю и его жену лишили родительских прав. Жена умерла. Их дочь Аню, когда ей еще пять лет было, удочерили, она живет в Германии. А сын Вася остался в Череповце. Опекунство над ним оформила моя старшая сестра Татьяна. А жил Вася вместе с отцом и бабушкой в ее квартире. Мой отец к тому времени уже умер.
Анна Петровна долгие годы фактически содержала и сына, и внука. Васю воспитывала, заботилась о нем и Татьяна, и две другие тети.
— Мама всегда жалела Васю, сиротинушкой его называла, — вспоминает Зинаида Васильевна. — Да и мы племянника никогда не обижали. Сами живем небогато, но ему старались всегда помочь. Проводы в армию справили, посылки ему туда собирали каждый месяц.
Василий вернулся из армии, нашел девушку, которую привел в квартиру бабушки. Через какое-то время молодые решили пожить отдельно. Именно Анна Петровна давала им деньги на съем жилья. Но денег у Васи все равно не хватало, и он вернулся в квартиру на улице Первомайской.

На порог не пустил

Квартира на Первомайской была приватизирована в 1996 году в равных долях Анной Петровной и ее дочерью Татьяной. В 2008 году обе женщины подписали договор дарения жилплощади. Единственным собственником жилплощади стал Василий.
— Мама, которой на тот момент было уже 90, спрашивала нас, что ей делать с квартирой, — продолжает Зинаида Васильевна. — Татьяна предложила оформить дарственную, отписав квартиру внуку. Мама, особо не вникая в юридические тонкости, подписала документ, хотя наша третья сестра была категорически против. Она уговаривала маму, чтобы та оформила завещание, а не дарственную, но в итоге все вышло, как вышло.
Впрочем, до 2014 года никаких проблем не было. А потом в семье случился скандал.
— Осенью 2013 года мама заболела, я забрала ее к себе пожить на какое-то время, — говорит Зинаида Васильевна. — К брату и племяннику постоянно ходила моя сестра Татьяна. Она у них вроде няньки была — готовила, убиралась, покупала продукты. А потом Вася нашел новую девушку, и с тех пор его как подменили. Сначала он взъелся, что у Тани есть ключ от квартиры и она может приходить туда в его отсутствие. После скандала сестра отдала племяннику ключ.
В 2014 году умер Владимир, отец Василия. Молодой человек остался проживать в квартире вместе со своей девушкой. Летом 2014 года Анна Петровна стала проситься домой, в свою квартиру. Но приехавшие туда дочери пенсионерки попасть не смогли. Василий сменил все замки на дверях.
— У мамы там все вещи остались! — возмущается Зинаида Васильевна. — Она когда уезжала, ни чашки, ни ложки не взяла. Мама полностью обставила квартиру — новая стенка, кухня, стиральная машина-автомат, двухкамерный холодильник. Когда она уже у меня жила, давала Васе денег на покупку телевизора-плазмы, оплатила застекление лоджии. И тут оказалась безо всего! Вася привез ночью несколько мешков с хламом из бабушкиной квартиры: ломаные вещи, старую одежду, бумаги, газеты — сгрузил это в бане на даче и отбыл. А ведь в квартире у мамы прожита жизнь. Ей дороги и одежда ее, и фотографии, и посуда. Ничего этого получить обратно мы не могли. Вася не просто поменял замки. Он сменил номера телефонов и оборвал всяческое общение с нами.

Без регистрации

В 2015 году Анна Петровна подала исковое заявление в суд, чтобы признать недействительным договор дарения на 1/2 квартиры. На заседании звучали доводы о том, что пенсионерка не понимала толком, какой документ подписывает, предполагала, что речь идет о завещании. Но суд иск Сергеевой не удовлетворил. Но обязал Василия вселить бабушку.
— Мы понимали, что внук не будет ухаживать за бабушкой, — говорит Зинаида Васильевна. — И у нас нет гарантии, что Вася пустит нас, теток, на порог квартиры. Поэтому мама осталась жить у меня.
Зинаиде Васильевне 65 лет, она инвалид второй группы, супруг — инвалид первой группы. За мамой требуется постоянный уход, который в основном ложится на плечи моей собеседницы.
— Тяжело, конечно, но ничего, пока я справляюсь, — не сетует Зинаида Васильевна. — Мама, правда, сильно переживала из-за всей этой истории. А когда прошел второй суд и Вася лишил маму прописки, она проплакала несколько часов. Мама никак не может понять, как внук мог так поступить, чем она заслужила такое к себе отношение.
В сентябре 2016 года суд признал Анну Петровну утратившей право пользования жилым помещением. В судебном решении указывается, что «ответчик длительное время свое право на проживание в спорной квартире не реализовала, проживает в ином месте, расходов по содержанию жилого помещения и коммунальным услугам не несет, общего хозяйства с истцом не ведет…»
— Вася указывал на то, что мама последние несколько лет не платила за «коммуналку». Но она и не проживала в этой квартире. За что ей платить? — негодует Зинаида Васильевна. — Когда же она жила там, то ни Вася, ни его отец не платили за квартиру ни копеечки. Все расходы были на моей маме.
Также в решении суда есть формулировка о том, что регистрация ответчика в квартире истца «создает препятствия истцу как собственнику в свободном и беспрепятственном владении, пользовании и распоряжении принадлежащей ему квартирой».
— Как говорится, бог с ними, со стенами, но как Вася мог лишить бабушку регистрации? Вероятнее всего, планирует продать квартиру, — говорит Зинаида Васильевна. — Мы обжалуем решение Череповецкого городского суда в областном. А в данный момент выходит, что у мамы вообще нет прописки. В свои 98 лет она оказалась просто бомжем! Могла ли она и все мы предположить, как все выйдет, когда подписывала дарственную? Нам бы хотелось, чтобы история нашей мамы послужила предупреждением для других стариков.

С точки зрения закона

Мы заглянули на юридические сайты и выяснили, что ситуация, в которой оказалась наша героиня, к сожалению, не является уникальной. Юристы объясняют, что одаряемые после оформления дарственной становятся полноправными собственниками квартиры. И вправе продать ее независимо от наличия регистрации и даже проживания в ней дарителя. Обезопасить в некоей степени дарителя может отдельное указание в договоре дарения — строчка о том, что даритель оставляет за собой право на постоянное пользование квартирой и проживание в ней. Однако юристы советуют все же оформлять завещание, ведь согласно этому документу до смерти завещателя квартира будет принадлежать ему.

Марина Алексеева