Пожары, которые ничему не учат

Трагедия. О том, почему из года в год горят интернаты для душевнобольных и дома престарелых

В ночь на воскресенье, 13 декабря, в психоневрологическом интернате села Алферовка Новохоперского района Воронежской области произошел пожар. Погибли 23 человека, пострадали 24. А ведь где-то все это уже было. И заметим, было много где.

Почти 16 лет...

«Сигнал о случившемся поступил череповецким медикам в два часа ночи. Ожоговое отделение МСЧ „Северсталь“, единственное в области располагающее барокамерой, подготовилось к принятию значительной части пострадавших. Однако машины скорой помощи привезли только двоих — 21 человеку помощь уже не требовалась, остальные отделались отравлением угарным газом и были доставлены в центральную районную больницу Устюжны. Находящиеся сейчас в МСЧ двое мужчин имеют ожоги третьей степени. Но внутренние повреждения оказались гораздо страшнее внешних — ожоги трахеи, бронхов и легких, по мнению врачей, трудно совместимы с жизнью».

Это писала газета «Речь» весной 1999 года. Тогда, 18 марта, в селе Михайловском Устюженского района Вологодской области в местном психоневрологическом интернате заживо сгорел 21 пациент. Позднее один из обожженных мужчин, о которых шла речь в заметке, скончался.

У двух трагедий — вологодской и воронежской — много общего. Оба возгорания произошли около 23 часов. В обоих случаях немногочисленный персонал (две медсестры в первом случае и четыре — во втором), рискуя жизнью, спасали своих подопечных. И тогда, и сейчас не удалось спасти лежачих больных и тех, кто принимал на ночь сильнодействующие снотворные препараты. Почти совпадает и число жертв. И там и там во всем регионе объявлен траур. Наконец (и самое главное) — оба пожара случились в ветхих деревянных зданиях, дышащих на ладан.

Разница между двумя происшествиями — почти 16 лет. А между ними — целый список похожих случаев. И это пугает, пожалуй, гораздо сильнее, чем сами эти происшествия.

Скорбный список

Пожар в Михайловском стал лишь первым в печальной цепочке похожих трагедий.

В декабре 1999-го в психоневрологическом интернате города Приморска Ленинградской области жертвами стали 22 человека.

В октябре 2002 года в Московской области в психоневрологическом интернате при пожаре погибли шесть детей.

В декабре 2005-го пожар в психоневрологическом диспансере в Подмосковье унес жизни семи пациентов.

В декабре 2006 года пожар в Московской наркологической больнице № 17 убил 46 человек. Тогда же в психоневрологическом интернате в Кемеровской области в огне погибли 10 человек.

Март 2007 года: дом престарелых в Краснодарском крае, погибли 63 человека. Май того же года: психоневрологическая больница в Ростовской области, погибло 3 человека. 2007-й, июнь: дом-интернат для пожилых в Омской области — пожар, 10 жертв. Ноябрь, пожар в доме соцпомощи в Тульской области — 32 погибших.

Август 2008-го: в доме-интернате для престарелых в Белгородской области при пожаре 6 человек погибли, позже скончался еще один.

Январь 2009 года, дом престарелых в Коми — 24 погибших.

Октябрь 2011 года, Костромская область, пожар в отделении временного проживания для престарелых и инвалидов. Погибли четверо.

Московская область, апрель 2013-го. Пожар в психиатрической больнице: 38 жертв. Сентябрь того же года, Новгородская область, психоневрологический интернат: погибли 37 человек, в том числе санитарка, помогавшая больным.

Апрель 2014 года, реабилитационный центр для наркозависимых в Алтайском крае, погибли 8 человек.

В 2015 году уже было два крупных пожара. В сентябре горел интернат для престарелых в Оренбургской области, в ноябре — дом престарелых в Екатеринбурге. К счастью, в обоих случаях жертв удалось избежать.

Слово и не дело

По предварительной информации, причинами пожара в Алферовке могли стать тлеющий окурок или замыкание проводки. По крайней мере, СКР расследует уголовное дело по 109-й статье УК — «Причинение смерти по неосторожности». Скорее всего, после ЧП, как водится, всех уволят. Но реальную причину цепи трагедий видят в том числе и в Следственном комитете.

«Подобные трагедии происходят из года в год по одним и тем же причинам — недостаточное финансирование, обветшавшие здания, малочисленность персонала, особенно в ночные дежурства, — говорил представитель СКР Владимир Маркин. — Однако, судя по сохранению таких условий и повторению трагедий, должные выводы не сделаны или сделаны выводы в пользу распыления бюджетных средств. Возможно, обществу следует потребовать более кардинального решения проблемы — например, строительства в регионах крупных реабилитационных центров».

«Сама конструкция предполагала огромное количество жертв в случае ЧП — внутри горело дерево, а кирпич снаружи сохранял жар», — сообщил «Коммерсанту» один из ликвидаторов последствий пожара.

Все это было и в Михайловском, и позднее в других местах... Опять с самого утра на месте присутствовало все местное и региональное руководство. Из Москвы на этот раз прилетели глава МЧС Владимир Пучков и министр труда Максим Топилин. После раздавались громкие угрозы и обещания.

«По бумагам, в сгоревшем корпусе психоневрологического интерната была сделана реконструкция, потрачены деньги, — говорил Пучков на совещании в МЧС. — А внимательно посмотрите: реально это обычный деревянный барак, обложенный кирпичом. Деревянные оштукатуренные перегородки и перекрытия, никакой пропитки нет, никаких компенсирующих мероприятий, которые должны быть на месте, нет».

Максим Топилин сообщил ТАСС, что в России еще 11 учреждений являются аварийными, 39 — ветхими, 242 психоневрологических диспансера нуждаются в капремонте, 277 диспансеров — в текущем ремонте.

Вице-премьер РФ Ольга Голодец заявила, что Кабмин оценивает размер средств для выведения из эксплуатации всех диспансеров с деревянными перекрытиями.

Вместо резюме

Кажется неправильным жить в условиях, когда катализатором перемен является трагедия. А особенно — когда не является. Пожар за пожаром, а средства все еще изыскиваются.

Андрей Савин