О ШРМ, совете отцов и школьной жизни

Череповец моей юности. Чем удивляли череповецкие учителя своих учеников — и юных, и взрослых — в прошлом веке

В начале учебного года, в канун Дня учителя заслуженный учитель РСФСР Клавдия Зурова, общественный корреспондент нашей газеты (в то время «Коммунист»), вспоминает, каким было череповецкое образование во второй половине прошлого века.

«Вологодская ссылка»

На четвертый, выпускной курс исторического факультета пединститута имени Герцена приехала заведующая городским отделом народного образования из Кронштадта:

— Нужны талантливые учителя в наши школы!

— Найдем, — сказали в деканате.

В число пяти избранных вошла и Клавдия Васенина. Однако весной ее вызвали в деканат и сказали: «Мы не можем направить вас в режимный пригород Ленинграда: вы дочь врага народа». Да, во время войны ее отец Павел Васильевич попал в плен (о чем она честно писала в анкетах), и ярлык «враг народа» приклеился не только к нему, но и к его родным. Шел 1950 год.

— Было обидно, конечно, — признается Клавдия Павловна. — Но я не стремилась остаться в Ленинграде любой ценой.

Позднее из наблюдений и собственного опыта она вывела формулу: «Учиться — в столице, работать — в провинции». А тогда очень помогли однокурсники.

— В те послевоенные годы в вузах было много фронтовиков. Мы учились у них отношению к жизни, ответственности. Эти уже взрослые люди очень поддержали меня в то время.

Подружка предложила выбрать на распределении Череповец (раньше выпускников вузов направляли в города и села по всей стране; лучшие по успеваемости выбирали место жительства на ближайшие три года первыми): «У меня мама там, поживешь первое время у нее». Комиссия не возражала. Однокурсники шутили: «Вместо Кронштадта поедешь в вологодскую ссылку!» Так Клавдия Васе��ина оказалась в нашем городе — и не на три года, а навсегда. Здесь вышла замуж и стала Зуровой, здесь выросли два ее сына.

«А мои ребятки уже задремали»

Вакансий в городских школах не оказалось, и свой первый учебный год в роли учителя Клавдия провела в районе, в Сойволовской школе. А затем пошла работать в ШРМ — школу рабочей молодежи. Страной овладела идея всеобщего среднего образования, и за парты садились все: вчерашние фэзэушники (выпускники фабрично-заводских училищ, куда брали после семилетки), кадровые рабочие, даже выпускники Лепельского военно-пехотного училища, которое базировалось в Череповце. Уже строился Череповецкий металлургический завод (ЧМЗ), молодежь из окрестных деревень стремилась сюда, и в отделе кадров ребятам ставили условие окончить вечернюю школу.

— Вхожу в класс, не успею несколько слов сказать, а мои ребятки уже задремали, — качает головой Клавдия Павловна. — Чему удивляться? Встали рано, тяжелую смену отработали, а теперь еще и учиться надо...

Она нашла гениальный по простоте выход: яркие, радостные эмоции. Шутка, анекдот, неожиданное «путешествие вокруг земного шара» (в те годы она вела еще и географию). От хохота в классе в начале урока стены тряслись. Директор школы делала замечания молодой учительнице (которую назначили еще и завучем), но результат был налицо: класс учился, и неплохо.

«Или мы их, или они нас!»

Новый этап ее биографии начался в школе-новостройке № 2, куда Клавдию Зурову назначили в 1966 году директором. Череповец вслед за ЧМЗ рос стремительно, и практически каждый год строилась новая школа.

Вторую построили среди деревянных домиков. Рядом — хлебозавод и вокзал, строящиеся новые дома на улице Заря Свободы — беспокойное местечко!

— Ученики прибывали постоянно. 1 сентября их было около тысячи, к концу учебного года — полторы, потом 1 800, хоть в три смены учи — школа-то была рассчитана на 964 человека! У нас в 1967 году только первых классов семь, и все по сорок человек (такие тогда были нормы), — вспоминает Клавдия Павловна.

Ребята были, конечно, разные. («Чудили порой здорово», — коротко отмечает моя собеседница.) На итоговом педсовете после первого учебного года директор даже сказала: «Или мы их, или они нас!»

Что-то надо было придумать, удивить ребят. И учителя придумали устроить экскурсию для самых беспокойных — семиклассников.

Как директор искала возможности и деньги — отдельная история. Нашла. К слову, помог ее бывший ученик по ШРМ, работавший в порту (и таких случаев помощи школе бывших учеников было в ее жизни немало): получили 170 путевок на экскурсию в Москву на теплоходе! Учителя сначала перепугались: «Неуправляемые же дети», — но ребята вели себя прекрасно все пять дней путешествия.

— Я подготовилась: почитала о Рыбинском море, канале Москва — Волга, о достопримечательностях, которые мы видим в пути, чтобы было о чем рассказать, — говорит Клавдия Павловна.

Экскурсия оказалась незабываемой. Череповецкие школьники были одними из первых посетителей только что открывшейся Бородинской панорамы, побывали в Московском университете (обозревали столицу со смотровой площадки на 31-м этаже), в музее минералов. Конечно, посетили Третьяковскую галерею.

— Очень боялись мы с педагогами — как наши мальчишки будут слушать. Экскурсоводом оказалась бабушка 70 лет, поклонница классического искусства. Как она рассказывала о наших великих художниках! Ребята слушали открыв рот, задавали вопросы. Экскурсовод в конце отметила: «Какие хорошие ребята!»

Завершилась экскурсия на ВДНХ. «Отпустите нас одних погулять! Все равно ведь потеряемся!» — упрашивали семиклассники. «Вы хотите мои похороны у фонтана Дружбы народов устроить?» — отшучивалась директор. «Нет, придем, во сколько скажете!» Слово сдержали. Что переживала в это время директор Зурова, она не сказала никому.

— Собрались, надо идти, до метро метров 800, а у меня ноги разболелись, — рассказывает Клавдия Павловна. — Говорю: «Идите потихоньку с учителями, я посижу немного, устала». Стоят рядом, ждут. Предлагают: «А вы разуйтесь! — Удивим всю Москву!» — отвечаю. А они: «Мы вас в середину, никто и не увидит!»

На теплоходе они даже не стали ужинать, сразу спать легли — так устали.

ЧП на аллее

Директор Клавдия Зурова рисковала не раз, и ребята почти никогда не подводили ее. Кроме, пожалуй, одного случая.

Работу в школе Клавдия Зурова начала с благоустройства территории — под руководством учителя биологии Галины Латышевой ученики и родители посадили деревья, кустарники («Болото ведь было!»), стало красиво вокруг. От трамвайной остановки шла березовая аллея («Больше ста берез посадили родители!»). Но однажды в сентябре, идя на работу, Клавдия Павловна остолбенела: многие березки были сломаны. В школу пришла сама не своя, коллеги встревожились: «Что с вами?» Не было дня, чтобы она вошла без улыбки. «Идите, узнавайте, кто погубил аллею», — только и сказала.

«Расследованию» помогли первоклашки (любовь у них с директором была взаимная): «А мы знаем, кто березки сломал! Шестой „Б“!»

Клавдия Павловна пришла в класс: «Знаю, это сделали вы». «А мы партизаны, мы своих не выдаем!» — услышала в ответ горделивое.

— И тут я высказала им все, в словах себя не ограничивала: «Вы трусы, нелюди, общаться с вами не хочется!» Бесполезно. Стою и не знаю уже, что делать. Только понимаю: если я сейчас просто так уйду, мне надо уходить из школы.

И она сказала: «Сегодня пятница. До понедельника березы должны быть посажены. Если нет — ищите другую школу».

— Эти три дня я была ни жива ни мертва, — признается сейчас Клавдия Павловна. — Ведь если бы березы не были восстановлены, мне пришлось бы действительно решать вопрос с переводом целого класса в другую школу или увольняться самой.

Но к понедельнику березы были посажены.

Кража

...Ленька Ф. сидел в шестом классе третий год — перевели его из другой школы. Мать растила его одна, пьянствовала. И парень был не подарок. Поэтому, когда в раздевалке у ребят из карманов украли мелочь, все подумали на него. Как вести разговор с парнем?

— Знаешь, что в школе произошло? — спросила Клавдия Павловна, увидев Леньку во время урока в коридоре.

— Я, что ли? — вскинулся он.

— Ты болтался по школе, не был на уроках, — она внимательно и спокойно смотрела на ученика.

— Не знаете вы ничего, а еще директор! — с горечью проговорил Ленька.

— Чего я не знаю?

— Порядочный вор в своем доме не ворует, — выпалил мальчишка.

— Ну что ж, не только я тебя учу, но и ты меня. Я тебе верю. Я извинюсь перед тобой.

И чуть позже она при всех сказала: «Извини меня, Леня, ты лучше, чем я пока тебя знала».

Она не считала зазорным признать свою неправоту.

Совет отцов

Без тесного контакта с родителями решать проблемы с учениками было бы сложнее. А самой большой поддержкой педагогам был совет отцов, родившийся почти в первые дни жизни школы.

— Был у нас папа Юры Максимова, инженер на стане «2000», — с благодарностью вспоминает Клавдия Павловна. — Он стал и председателем родительского комитета, и председателем совета отцов — на все годы учебы сына в школе. Члены совета приходили к нашим сложным ученикам на дом, смотрели жилищные условия, место для приготовления уроков. Вели свои разговоры: «Папа у тебя — уважаемый человек на производстве. Ты можешь его не подводить, исправить двойки, не хулиганить?» Если у папы не было особых заслуг, говорили просто: «Папа работает, тебя кормит, чем ты отплатишь?» Ребята побаивались попасть на совет отцов.

Порой нужен был именно мужской разговор с пацаном, и тут папы были незаменимы. Бывали и курьезные случаи. «Мы с Леной поженимся!» — объявил однажды одиннадцатиклассник Саша (среднее образование стало в ту пору одиннадцатилетним). «Ей же еще два года учиться!» — воскликнула в изумлении Клавдия Павловна. «Ну и что? Я работать пойду!» И тут подошел папа из совета отцов (к счастью, оказался рядом): «Привет, Саша! Как дела?» «Вот, жениться собрался», — сообщила директор. «Да? Ну пойдем, поговорим», — рассудительно произнес мужчина.

— Деликатное вмешательство помогло, парень понял, что рановато создавать семью, — говорит Клавдия Зурова.

Ученики

У каждого учителя есть ученики, чьи имена известны не только в школе. Клавдия Павловна помнит, как пришла в девятый класс ШРМ Тамара Кузнецова. Работала секретарем в суде, мечтала стать юристом, конкретно — следователем по делам несовершеннолетних. Она добилась большего. Окончила школу, потом юрфак ЛГУ заочно, диплом защитила на отлично. Имя Тамары Кузнецовой, в замужестве Гурняк, известно многим череповчанам: первая женщина-прокурор Череповца, почетный гражданин города, заслуженный юрист Российской Федерации...

— Трудностей Тамара никогда не боялась. Мы дружили с ней до последних дней ее жизни, — печалясь о безвременной смерти ученицы, говорит Клавдия Павловна. — Очень хорошим человеком была Тамарочка.

Учитель Зурова может назвать немало таких состоявшихся своих учеников, со многими она продолжает дружить. Среди них член Совета Федерации Николай Тихомиров; Геннадий Поваров, оставивший заметный след на крупных предприятиях Череповца (о нем «Речь» рассказывала 3 декабря 2014 года); директор медицинского колледжа (совсем недавно ушедший с этого поста) Юрий Шоленинов и многие, многие другие.

Ирина Ромина