«Как это у меня нет учеников! А Павел Воля?»

Сатирик Михаил Задорнов уверен, что вологодские реки нашепчут ему тайны славянской мудрости.

В телефонном интервью, которое сатирик дал корреспонденту «Речи» накануне концерта в Череповце (пройдет 1 ноября во Дворце строителей), Михаил Задорнов рассказал, над чем смеется сейчас, как пел в первом классе и почему чувствует себя Ломоносовым.

Вы впервые приедете в Череповец? На моей памяти вы в нашем городе не выступали...

— Могу предположить, сколько вам лет — лет 30 или около того. Я приезжал в Череповец, но это было в другой стране — один раз был точно, год не помню, в конце 80-х примерно. Поинтересуйтесь у родителей, может быть, помнят. Если вы меня ждали, так и я тоже ждал встречи с череповчанами. Признаюсь, что слово «Череповец» много лет было у меня на слуху: каждый год я отдыхал в Сочи на базе отдыха «Шексна», где ежегодно видел череповчан и общался с ними. Места шикарные — чудный залив, чистое море.

Есть ли планы погулять по Череповцу или его окрестностям или на гастролях не до этого?

— Гастроли, действительно, отнимают массу времени, но они для меня очень важны. Поясню почему. Я хочу заработать денег. Обычно артисты стесняются такое говорить, но я честен. Деньги мне нужны для производства нового документального фильма. Прошлый мой фильм про Рюрика обошелся в четыре миллиона рублей: миллион я внес собственный и три миллиона по моей просьбе прислали люди. Я доволен, как фильм прозвучал: в Интернете более 900 тысяч просмотров, я получил массу писем. Отправляюсь на гастроли, чтобы заработать деньги и запуститься с новым фильмом, сценарий уже готов. Вообще-то, съемки уже начались. Пользуясь случаем, приеду в Вологду, где мы снимем некоторые эпизоды. Пробуду там неделю.

Так вы со съемочной группой едете?

— Да. Будем снимать в вологодском краеведческом музее, где имеются экспонаты, доказывающие одну из моих теорий. Она касается связи Русского Севера и Индии. Да, такая связь существовала, не удивляйтесь. Иначе откуда на севере взялись речки с корнями «инд» и «ганг» в названиях. Русский Север — средоточие множества тайн славянской цивилизации. Еще в Вологде мы будем изучать материалы по славянскому календарю, в котором, как мне представляется, заложена наша древняя мудрость. В Древней Руси жили по природному календарю: трава выросла до пояса — наступил месяц травень. Созрел урожай — люди шли его собирать, и никакой график их к этому не подталкивал. Разделение на недели, месяцы и годы придумали римляне, чтобы удобнее было собирать налоги. И мы тоже стали рабами их календаря.

Ваши столкновения с учеными продолжаются?

— Конечно, мои теории многие из них не принимают. Я слышу постоянно: «Задорнов врет». Я спрашиваю: «В чем я соврал, давайте конкретнее». Они либо затрудняются что-либо сказать, либо оперируют теми же доказательствами, которыми два с половиной века назад атаковали Ломоносова немецкие академики. Их догма непоколебима.

Кажется, что вы с головой ушли в прошлое. А современность вас еще интересует?

— Интересует. Постольку, поскольку я должен выступать и писать новый материал. Скажу честно. Полностью оторваться от нашего времени я не могу, благо оно весьма плодотворно для сатирика. Придумывать ничего не нужно, нужно правильно складывать в слова то, что есть на самом деле. Мой концерт — это смесь прошлого и настоящего.

В отличие от эстрадных мэтров, вы не можете исполнять хиты из прошлого, поскольку юмор должен быть актуальным. Не обидно хоронить хорошие номера?

— Вы правы, старые вещи я со сцены не читаю. Время уходит, они становятся несмешными, а иногда и непонятными. Но вы задали вопрос очень вовремя: в ноябре я впервые попробую сделать «тюнинг» (модернизация — авт.) некоторым номерам из прошлого. Когда-то я писал письмо от благодарных жителей генеральному секретарю партии, а сейчас написал письмо президенту. Получился старый хит на новый лад. Точнее, не хит, а шлягер — не люблю англоязычные слова. Хм... а сам сказал — «тюнинг». Но оно ведь от русского слово «вытянуть»... тогда можно.

В 90-е годы вы отрыли тему «Русские за рубежом, иностранцы в России», ставшую клондайком для юмористов. Сейчас она уже не кажется актуальной.

— Вы ошибаетесь. Иностранцы, приезжая к нам, до сих пор ничего понять не могут. У них давно нарушилась связь с природой, а у нас нет. Западный мир слушается придуманных кем-то инструкций, а наш человек живет душой и чувствами. Мозги наших людей не отформатированы, мы живем порывами. И иностранец не понимает, почему, задав русской женщине вопрос: «Куда ты идешь?», он получает ответ: «Сейчас вернусь».

Как вы выбираете темы, на которые реагируете на концертах? Есть ли ежедневный ритуал прочтения газет или интернет-сайтов?

— Нет, ритуала нет, но новостные ленты стараюсь просматривать каждое утро. Телевизор смотрю меньше. Интересно сравнивать, как подают одну и ту же новость теленовости и интернет-издания. В телевизоре цензуры больше, а в Интернете лжи. А в сопоставлении получается нечто вроде правды. Интернет бьет тревогу из-за того, что Россия разошлась во взглядах и поссорилась с очередной страной. А я этому рад, как ни странно это прозвучит. Мы обязаны отстаивать свои интересы и свое понимание жизни. Запад раскрывает объятия, но потом душит всех, кто в них попал. Так называемый просвещенный мир клеймит Россию позором за то, что страна якобы запретила геев. Но хоть кто-нибудь вчитался в закон? В России запрещена пропаганда гомосексуализма, вот и все. А ситуация с группой Pussy Riot? Во всем мире проблема подана так, что Россия не дает певицам самовыражаться. Вы слышали, как они поют? И это певицы? Не смешите меня — мне грыжу недавно вырезали, у меня шов лопнет от смеха. Я в первом классе лучше пел.

Почему у вас, при всей вашей популярности, не появилось последователей?

— Я считаю ребят из Comedy Club своими последователями. Только я развиваю в своих монологах мысль, а они шутки. Послушайте Павла Волю: он все больше говорит о наблюдениях над языком, рассказывает случаи из жизни. Я рад, что мои приемы кто-то подхватывает.

В 90-е годы у ваших выступлений была в том числе и терапевтическая задача — успокоить, отвлечь, нивелировать ужас от происходящего. А сейчас вы кем себя считаете?

— Реаниматором. Моя задача — вернуть людям подлинную родину. Мы — деревья, чьи корни обрублены, и наша листва вянет. Я хочу достучаться до молодежи (смотреть в глаза молодежи в провинции мне интереснее, чем в столице) и показать ей, что без возрождения корней ни на каком айпаде или айфоне программу реанимирования России не выработать.

Сергей Виноградов