Унесенные ветром

На этой неделе пошатнулся один из столпов мировой финансовой системы — суверенный рейтинг США. Это усиливает неопределенность в глобальной экономике. Поскольку подобное произошло впервые, никто не знает, каких последствий стоит ожидать. Но большинство экспертов считает: они будут и окажут долгосрочное влияние. В случае реализации негативного сценария России придется весьма несладко. Ведь помимо критической зависимости от сырьевых рынков и положения дел в мировой экономике, российское государство обременено массой социальных обязательств, щедро раздаваемых властями в преддверии выборов.

1. Крутое пике

Долгое время при любых экономических затруднениях инвесторы всего мира считали доллар самым надежным вложением, уверенные в том, что США всегда смогут выплатить свои долги. Однако после того, как на минувшей неделе агентство Standard & Poor’s (S&P) понизило кредитный рейтинг США, многие задумались о новой резервной валюте, способной выдержать нестабильность мировой экономики. Среди возможных кандидатов называют швейцарский франк и японскую иену. В результате доллар в последние дни подешевел по отношению к иене и франку. Правительства Японии и Швейцарии обеспокоены чрезмерным подорожанием их национальных валют, поскольку это негативно отражается на продажах их экспортных товаров за рубежом.

2. Паникеров — к ответу

Без проволочек найден злодей, поставивший мировую экономику на грань нового кризиса. Ну конечно, это рейтинговое агентство S&P. Ведь если бы оно не снизило на ступеньку рейтинг США, то не было бы ничего плохого. Оздоровление американского и мирового хозяйства спокойно продолжалось бы, а хор авторитетных экспертов толковал бы сейчас не о перспективах так называемой второй кризисной волны, а совсем наоборот — о накатывающей на человечество новой волне процветания. И тут какая-то рейтинговая структура все испортила. Не сообразила, что это самое процветание способно рухнуть буквально от пары слов. Совершенно понятны поэтому призывы к американским властям повнимательнее разобраться с деятельностью этого самого S&P. Примерно наказать рейтинговые агентства уже не первую неделю требуют и европейские жертвы рейтингов: Португалия, Греция, Италия и прочие. Не говоря уже о том, что злокозненность S&P становится еще очевиднее, если вспомнить, что именно это агентство уже однажды организовало всемирный кризис — в 2008 году. Ведь именно S&P летом 2008-го снизило рейтинги инвестиционного банка Lehman brothers, инициировав тем самым его банкротство, которое в сентябре того же года стало спусковым крючком великой паники, как раз и превратившей тот кризис в глобальный.

3. Увлеклись

История гибели вышеупомянутого, старинного, почти как сама Америка, инвестбанка Lehman brothers весьма поучительна. Американские власти, заботясь якобы о благополучии народа и попутно о расцвете экономики, искусственно год за годом облегчали доступ к ипотечным кредитам. Пузырь надувался. Чуя сверхприбыли, инвестбанк увлекся, не вышел из игры вовремя и, когда пузырь лопнул, остался у разбитого корыта. Агентство S&P исполнило роль мальчика, сообщившего всем, что король голый. Спору нет, менеджеры Lehman brothers действительно потеряли голову, ринувшись за легкой наживой. Но ведь и власти США своей политикой доступных денег долгие годы провоцировали именно такое поведение, сделав его почти нормой. Из-за чего в американской и мировой экономике накопилась огромная масса неудачных инвестиций и надутых пузырей. И когда в сентябре 2008-го после банкротства Lehman началась всемирная паника, американское правительство и руководители прочих стран мигом позабыли о святости «рыночной дисциплины» и принялись спасать предприятия-банкроты и неудачные проекты. Только бы не было паники, только бы не было великой депрессии. В периоды хозяйственного подъема власти главных стран подхлестывали рост своих экономик легкодоступными деньгами, поощряя неудачные решения и провоцируя спекуляции. А когда настает кризис, они заливают экономики еще более доступными деньгами, стремясь «остановить панику» и тем самым не позволяя предприятиям-банкротам самоликвидироваться.

4. Высокий риск

Наша страна от кризиса точно не выиграет. Сейчас, считает партнер финансовой консалтинговой компании ФБК Игорь Николаев, Россия гораздо меньше готова к кризису, чем три года назад. Резервный фонд с 2009 года уменьшился в 6,5 раза. «Мы взяли на себя повышенные социальные обязательства. Собираемся проводить всякие чемпионаты, саммиты и так далее. Да, это надо. Но деньги, которые придется занять, чтобы выполнить эти обязательства, будут очень дорогими», — резюмировал Игорь Николаев. Что нас ожидает в такой нестабильной финансовой ситуации — так это отток капитала. Какие есть выходы из ситуации для России? Их два, и они абсолютно полярные. Во-первых, это увеличение налогов. Но, надеются эксперты, до этого не дойдет: налоговая нагрузка сейчас и так достаточно высока. Во-вторых, увеличение долгов. К этому, по большому счету, все и идет. Так, накануне в правительство был направлен проект Минфина, касающийся плана заимствований на 2012 — 2014 годы, согласно которому объем заимствований может увеличиться в три раза и достигнуть 17 % ВВП.

Напомним, еще летом прошлого года глава ведомства Алексей Кудрин предупреждал о том, что к 2015 году госдолг составит 14 % ВВП.

5. Нефтяные пузыри

С нефтяного шока начался глобальный кризис 70 — 80 годов прошлого века. Так же было и перед последним кризисом, 2008 года. За полтора года нефтяные цены подскочили с 50 — 60 до 147 долларов за баррель. Но экономика не выдержала давления. Сначала лопнул нефтяной пузырь, а осенью начался банковский кризис и обвал на фондовых рынках. Это и стало прелюдией к рецессии. Но вместо лечения кризис заливали деньгами. Только в США напечатали более 7 трлн долларов. Из них 3 трлн было брошено на спасение банков. Но в реальную экономику средства не пошли. Инвесторы побежали в золото. И на рынке образовался новый пузырь. Цена за унцию на этой неделе превысила отметку в 1720 долларов, тогда как прежний максимум, в 1981 году, составлял в нынешних ценах 1400 долларов. Теперь должен лопнуть и золотой пузырь, говорят эксперты. В конце сентября — начале октября обрушатся также цены на нефть, пророчит профессор и главный научный сотрудник Института математических исследований сложных систем МГУ Аскар Акаев. Он не исключает, что баррель может подешеветь до 40 — 50 долларов. При этом, в отличие от многих экономистов, ожидающих, что рынки вскоре успокоятся, Акаев быстрого улучшения ситуации не ждет. «Вторая волна вызовет почти такую же рецессию, как и в 2008 году. Это будет болезненно», — говорит он. Первая волна кризиса сопровождалась потерей доверия рынков друг к другу, нынешняя — потерей доверия к государствам и к правительствам. Из-за долговых проблем сложные времена ожидают практически все европейские государства, предсказывает Акаев. Несколько лучше дела будут обстоять в Германии, но из-за сокращения спроса и падения экспорта пострадает и она. США, скорее всего, вновь запустят печатный станок. Но это тоже не спасет. Очередной этап так называемого количественного смягчения породит инфляцию, она усилит спад мировой экономики.

Начинается эпоха заката доллара, но, поскольку альтернативы мировой резервной валюте нет, лет десять он еще протянет. А вот всему остальному миру, в том числе развивающимся экономикам Китая и Индии, придется трудно, говорит Акаев. России все это тоже коснется. Из-за падения цен на нефть. Но нашу страну, надеется Акаев, вторая волна затронет меньше: у России мизерный госдолг, небольшой, по сравнению с другими, дефицит бюджета. Затормозить развитие кризиса могло бы сокращение госрасходов, повышение налогов на богатых, считает ученый. Но практически у всех правительств сейчас «связаны руки». И в США, и в некоторых европейских государствах предстоят выборы. Пойти в это время на непопулярные меры непросто. В американском конгрессе компромиссом стало сокращение социальных программ президента Обамы, а повышение налогов на богатых республиканцы не поддержали.

Опираясь на теорию больших циклов русского ученого Кондратьева, Акаев предсказывает, что оживление мировой экономики начнется только в 2017 году.

6. Глобальная проблема

Глобальные проблемы следует решать на глобальном уровне, но кто должен вырабатывать и принимать соответствующие меры? Такой вопрос ставит в статье, опубликованной в The Washington Post, Гордон Браун, экс-премьер министр, а ранее министр финансов Великобритании. «Если проблема действительно глобальная, то, может быть, многие дискуссии на национальном уровне несовершенны по определению и, возможно, даже сами себе вредят?» — продолжает рассуждать автор. «При этом мировые лидеры, похоже, ничего не делают, кроме как созваниваются по телефону и рассказывают друг другу о своих проблемах. Никакой глобальной программы не предлагается для обсуждения, притом что сейчас разыгрывается глобальная трагедия», — пишет Браун. Экономический кризис так серьезен, что ни одна страна, ни одна инициатива двух, трех или четырех стран не может предотвратить «потерянное десятилетие». Браун полагает, что решения отдельных стран, например США и европейских государств, тормозят экономический рост. Путь к мощному росту в мировом масштабе — не в том, чтобы стыдить страны с торговым профицитом, а в координации политики на национальном уровне. «Пусть Китай согласится повысить расходы потребителей и разрешит своему среднему классу покупать заграничные фирменные товары; пусть Индия откроет свои рынки, дабы бедняки смогли улучшить свою жизнь благодаря дешевому импорту; пусть Индия и Китай спасут миллионы людей от нищеты; а Европа — не только Германия — и Америка преодолеют спад благодаря торговле», — говорится в статье.

Сергей БЕГЛЯК