Грузите бочками...

Грузите бочками...

Если не считать лекарств, то мы вполне могли бы обойтись без китайских изделий.

То, что множество китайских судов в свой нелегкий путь к нам в Японию грузятся одними безделицами, — глупость чрезвычайная (Хосито Кэнко. 1341 г.).

«Цурэ-дзурэгуса».

И вправду, если приглядеться, то своими остались только продавцы да прилавки. Их уже больше мирного населения.

Как сейчас много всяких говорится слов, пояснительных, увещевательных, строго-осуждающих, партийных и политологических — да цены все равно растут, как хотят. Я бы сказал, они пошли, как говорят о грибах. Кто пошел? куда пошел? с кем пошел? и вернется ли назад? Последний вопрос главный, но без всякой надежды на вразумительный ответ.

Были времена, укоряемые всеми способами, когда я точно знал, что 1 килограмм черного стоит 13 копеек, а батон — 7. Но самое главное — я был абсолютно уверен, что и в следующем году, и через пять лет все так же и будет: семь и тринадцать. И все без исключения вокруг не поменяется, стало быть, могу откладывать с зарплаты на все насущное. Рижский телевизор проработал у меня 25 лет, швейная машина «Тула» стучит по сей день, холодильник «Саратов» урчит, требуя заполнения, уже четыре десятка лет. Да теперь люди по стольку не живут.

Упаси меня, разве я против новейшего во всем, да пусть люди друг перед другом хвастаются и пользуются «благами цивилизации», хоть просто так, хоть в упаковке. Но зачем, скажите, мы впустили на свои земли, в реки с лесами пластмассу в виде бутылок и злокачественную химию в составе порошков. Нет уже места даже в дикой тайге, не говоря про наши рощи с берегами, где бы не валялась тара из-под «пепси» и прочего. Эти отбросы истлеют в почве не раньше чем через тысячу лет. Отсед от стиральных и прочих порошков уже сейчас кардинально видоизменяет экосистему водоемов. И что? Есть ли до этой беды какое-нибудь дело приезжему и нашему хитровану, вывозящему втихаря свои отбросы на поляны, где росла земляника и цвели ландыши? Они все озабочены сиюминутной выгодой, а не мыслями о будущем маленькой планеты.

Уверен, есть люди, которым приходила в голову интересная мысль о том, что все без исключения: уголь, нефть, газ, гранит с алмазами, вода и звезды — ну все из очень древнего прошлого, доставшегося нам задарма в наследство. Посмотрите на Полярную звезду, путеводительницу — ее ведь на самом деле уже давным-давно не существует, мы только видим поздний свет. Но смотрим и верим в путеводное сияние.

Зато никак не хотим посмотреть на все, что рядом, то самое ближайшее окружение из мусора, каковое вскоре нас погребет. Есть ученые, которые считают, что мы сами себя зароем и задушим раньше, чем даже угаснет Солнце.

Любая цивилизация имеет в первую очередь нравственное, а не упаковочное содержание. И как бы ни оправдывали нынешнее наступление хаоса в умах адаптацией к конкретным условиям, я никогда не поверю, будто человек способен меняться только в худшую сторону.

Во Франции и России постоянно воздвигались новые дворцы, куда короли да царицы сбегали от вони выгребных ям и копоти на потолках со стенами в палец толщиной от сальных свечей. Куда мы, самоеды, убежим от выхлопной гари? На Луну и Марс — сулят продвинутые космологи. Ждут нас, как же.

Наша вечная надежда на дядю, который приедет на «УАЗе» и всех рассудит, уже становится анекдотически смешной и унизительной. Вот уже объявили о поставках гречи из Китая. Ликуй, народ.

Ну был я на Марсе. И что? Черт в котелке варит картошку, копытцем уголья шевелит. Поздоровались вежливо.

— И как, — спрашиваю, — вы нас к себе пустите?

— Нашли дураков, — отмахнулся, — вы же сюда водяры с пивом навезете, чтобы окружающее пространство гармонировало с вашими душевными устремлениями. Так что сами разбирайтесь до полной самоликвидации. Картошку будешь?

Такой вот вежливый товарищ.

Александр Рулев-Хачатрян