22 октября 2018, 16:49

О самом громком преступлении XXI века рассказал начальник угрозыска в Череповце

«На расследование убийства девушек, конечно, были брошены все силы. И мы разыскали и задержали злодея. Он упал на колени, твердя, будто не понимает, что на него нашло. До суда он не дожил — повесился прямо в камере», — рассказывает газете «Голос Череповца» Александр Белоусов, бывший начальник уголовного розыска череповецкой милиции, вспоминая одно из самых громких преступлений начала XXI века. От очередного героя нашей рубрики «Легенды сыска» мы узнали, что его подопечные задерживали Алексея Шестакова, причастного к убийству трех человек, — того самого, который 12 лет спустя сбежал из колонии в Шексне на вертолете.

Время квартирных краж

Александр Белоусов пришел служить в милицию в 1984 году. До этого работал тренером-преподавателем в лесомеханическом техникуме. С детства дружил со спортом, увлекался биатлоном, лыжами, играл в футбол, волейбол, баскетбол. К слову, Александр Иванович и сейчас по-прежнему физически активен и замечательно выглядит.

— У нас был сосед, который служил в патрульно-постовой службе, — вспоминает Александр Белоусов. — Он меня все звал к себе в ППС. А я говорю ему однажды: «Уж если идти в милицию, то в оперативную службу — в розыск, например». Он убежал, вернулся через два часа и говорит: «В розыске первого отдела есть место». Так я попал на собеседование. (Улыбается.) Сыграло роль и то, что мой брат в это время работал в уголовном розыске в Ленинграде и интересно рассказывал о своей службе.

Александр Белоусов начинал инспектором угро по делам несовершеннолетних, потом возглавил розыск первого отдела милиции, а затем и уголовный розыск города. На пенсию он вышел 30 декабря 2000 года.

— Первое, что вспоминается о работе в розыске, это не столько громкие и тяжкие преступления, а кражи и грабежи, — говорит Александр Иванович. — В какой-то степени убийства раскрывались проще — на их расследование стягивались все силы, и в любом случае у каждого тяжкого преступления имелся мотив. А краж, особенно квартирных, было столько, что мы просто захлебывались от вала заявлений. Группа только успевала выехать на один адрес, как мы получали следующий сигнал. Пик квартирных краж пришелся на конец девяностых. Люди тогда проще жили. Двери в квартирах стояли обычные, деревянные, они легко отжимались монтажкой, домофонов в домах не было.

От барыг до наркоманов

— Работали преступники нагло, квартиры чистили среди бела дня, пока хозяева были на работе, — продолжает Александр Белоусов. — Выносили целыми сумками: видеомагнитофоны, телевизоры, магнитофоны, прочую бытовую технику. Несли все это в ломбарды и скупки. Таксисты не брезговали ворованный товар брать. Да и иные горожане тоже были рады купить технику без документов и фабричной упаковки — лишь бы подешевле.

Поскольку злоумышленники действовали практически в открытую, многие не раз «светились» — их видели и запоминали соседи. Видеонаблюдения еще не было, и в поисках свидетелей операм нужно было обойти десятки квартир.

Уголовный розыск работал по всем направлениям. Сотрудники получали оперативную информацию о готовящемся преступлении и отрабатывали ее, задерживая воров в момент совершения кражи. Или устраивали облавы на ломбарды, плотно «вели» скупщиков краденого. Так по цепочке через линию сбыта выходили на воров.

— В девяностые в Череповце появилась наркомания, — рассказывает Александр Иванович. — Часто за техникой в чужие квартиры забирались именно наркоманы, чтобы раздобыть денег на очередную дозу. Помню, с заявлением о пропаже сына в милицию обратилась супружеская пара. Семья обеспеченная, интеллигентная. Наследнику их жить бы в любви и достатке. А мы нашли его труп в кустах в Матурине. Он вколол себе некачественный героин и умер… А еще такое было: парнишка нападал на улице на бабушек, караулил их у почты в день пенсии, провожал и удирал, выхватив сумку. Вычислили мы его и задержали с поличным.

Тела и головы — в подвал

В начале двухтысячных долгое время оставалось на слуху дело о двойном убийстве: в строящемся здании на улице Беляева были обнаружены трупы двух девушек с отрезанными головами.

— Обе учились в медицинском училище, — вспоминает детали Александр Белоусов. — Выяснилось, что вечером накануне они сидели в кафе, познакомились с двумя молодыми людьми. Потом один из них уехал домой, а второй пошел их провожать. И у них произошел конфликт. Не могу и не буду вдаваться в подробности, но убил он обеих девушек, головы отрезал, спрятал в подвале, а сам скрылся. Искали мы его неделю. Официанты в кафе опознали по фотографиям убитых девушек, нашли мы второго парня, установили и личность подозреваемого. Поступила информация, что он может прятаться у своих родственников на проспекте Луначарского. Пришли мы. Тетка его говорит, что племянника не видела, мол, не было его. А мы смотрим — на вешалке в прихожей куртка мужская висит, кроссовки стоят. Мы раз — и в комнату. А он там за дверью прячется. Упал на колени, бился головой, говорил, что не знает, что на него нашло, зачем убил девушек да так жестоко. Взяли мы его. Но приговора он не услышал. Повесился в камере во время следствия. Кстати, оказалось, что ранее мужчина уже сидел — десять лет назад он вместе со своим товарищем, с которым и познакомился с девушками, убил нашего сотрудника. Только-только освободился, как снова убил…

Опоили клофелином и задушили

По словам Александра Белоусова, одна из главных ошибок, которую может допустить опер, — поймать и отдать под суд невиновного.

— В общежитии на улице Металлургов были убиты женщина легкого поведения и ее знакомая. Кровищи — море, у женщин были десятки ножевых ранений, — говорит Александр Белоусов. — Вышли мы на след молодого парня, который, по словам соседей, вечером накануне гонялся за хозяйкой комнаты с монтажкой в руках, грозился убить. Деньги, дескать, она у него украла. Стали мы с ним разговаривать, а он только из запоя вышел. Не помнит вообще ничего, но раз, говорит, грозился убить, значит, мог. Парень вроде бы и готов написать явку с повинной. Но у нас сомнения были. В комнате столько крови, а следов ее ни на одежде подозреваемого, ни у него дома мы не нашли. В общем, в итоге по своим каналам получили данные, что к убийству могут быть причастны двое других мужчин. Взяли их. Так и есть — один убивал, второй свидетелем был. Конфликт у них с женщиной вышел, а вторую за компанию убили. У злодея нашего не все в порядке с головой было, вот он и орудовал ножом с таким остервенением. На этот раз и улики были, и признание.

Из числа особо жестоких преступлений бывший начальник угро вспоминает и тройное убийство на улице Химиков:

— Два трупа обнаружили прямо в квартире, еще один — в гаражах. Не сразу, но вышли на подозреваемого и его подельника. В убийствах сознался Алексей Шестаков. Вместе с приятелем он пришел в гости к знакомому, они опоили хозяина и других гостей коньяком с клофелином и задушили.

После убийства подельники вынесли из квартиры ценные вещи. Оперативники задержали их, вина была доказана. Шестаков получил 25 лет лишения свободы. В 2012 году он с помощью подельников, мужчины и женщины, сбежал из шекснинской ИК-17 на вертолете («Голос…» тогда рассказывал об этом). Поймали беглеца в Грязовецком районе, куда он добрался на угнанном автомобиле. Шестаков отстреливался, но был задержан. Его судили за побег, приговорив к 24 годам лишения свободы.

Марина Алексеева, газета «Голос Череповца»