3 июля 2019

«Ребенок должен понимать, что он ни в чем не виноват»

Второй год в Череповце работает проект «Зеленая комната», направленный на сопровождение и реабилитацию детей, переживших насилие. Комната для следственных действий, которая скорее напоминает удобный кабинет психолога, не пустует. В этом году помощь психологов в «Зеленой комнате» получили более 90 несовершеннолетних. Как специалисты помогают детям пережить стрессовую ситуацию, нам рассказала руководитель проекта «Зеленая комната» благотворительного фонда «Дорога к дому» компании «Северсталь» Ольга Пименкова.

— Ольга Михайловна, давайте напомним читателям, с какой целью в Череповце была создана «Зеленая комната»?

— Проект «Зеленая комната» реализуется в Череповце с марта 2018 года по инициативе следственного управления СК России по Вологодской области. Он функционирует на базе центра «Преодоление». Это единственная «Зеленая комната» в области, планируется открытие еще одной в Вологде. Суть проекта заключается в том, чтобы создать максимально комфортные психологические условия для работы с детьми, которые пережили насилие — психологическое, физическое, сексуальное. Обычно допросы детей велись в кабинете следователя: много людей в форме, громкие разговоры, телефонные звонки — ситуация стрессовая даже для взрослого человека! В «Зеленой комнате» созданы условия для того, чтобы можно было выстроить диалог с ребенком в не травмирующих его психику условиях. Не случайно и само название проекта, ведь зеленый цвет ассоциируется с безопасностью.

-Как проводятся следственные действия?
— В «Зеленой комнате» два помещения разделены зеркалом Гезелла (с одной стороны обычное зеркало, с другой — стекло). В одном находится следователь, в другом ребенок, с которым общается психолог. По желанию при беседе может участвовать следователь и родитель или законный представитель несовершеннолетнего. Но по опыту скажу, что многим детям проще говорить без присутствия мамы или папы. Психолог является помощником следователя, с ним заранее обговаривается спектр вопросов, которые необходимо задать ребенку для установления картины преступления. Процесс записывается на видеокамеру, ведется и аудиозапись. Помимо вербального общения есть и другие инструменты — песочная терапия, анатомические куклы, метафорические карты. Некоторым детям проще не рассказать о перенесенном стрессе, а прорисовать его или показать в игровой форме.

— Какие эмоции проявляют дети, пережившие насилие, при разговоре с психологом?
— Весь спектр негативных эмоций. Начнем с того, что ребенок очень напуган. Помимо страха присутствуют боль, напряжение, стыд, чувство вины. У одних реакция на пережитый стресс проявляется сразу после факта насилия. Дети замыкаются в себе, становятся агрессивными или плаксивыми, резко падает их успеваемость в школе. Они прогуливают уроки, грубят взрослым. В качестве крайних проявлений могут быть депрессия, уходы из дома и суицидальные попытки. У других жертв насилия все эти эмоции возникают позже, как отсроченная реакция организма. Но проявления будут те же самые.

— Как психологу удается найти контакт с ребенком, если он не хочет говорить на тему пережитого насилия?
— И такая ситуация, кстати, не редкость. Многие вообще отказываются переступать порог «Зеленой комнаты». Другие твердят: «нет», «не знаю», «не было». Третьи, напротив, начинают домысливать, фантазировать, и постепенно история обрастает новыми, не всегда правдивыми подробностями. Задача психолога — снять напряжение ребенка, помочь ему пережить стрессовую ситуацию. Важно, чтобы ребенок понимал: в том, что случилось, нет его вины. А многие дети ее испытывают и убеждают себя, что могли предотвратить насилие (убежать, закричать, рассказать о случившемся). Ситуация усугубляется, если факт насилия повторяется.

Ребенок чувствует себя виноватым, испорченным, неполноценным. Такая психологическая установка формирует его модель поведения, и велик риск, что во взрослой жизни он либо снова станет жертвой насилия уже в своей семье, либо, напротив, станет агрессором.

А если говорить о подходах, то существуют специальные методики, упражнения. Отмечу, что такая работа требует от психолога постоянного повышения профессиональных знаний. Наши специалисты работают не только в «Зеленой комнате», но и на выезде — в школах, детских садах, поликлиниках, детских лагерях, в суде и отделе полиции. В проекте заняты четыре специалиста, ежедневно работает дежурный психолог. Загруженность разная. В некоторые дни к нам поступает по 5 — 7 обращений. Мы работаем не только с жертвами насилия, но и с несовершеннолетними свидетелями и подозреваемыми.

— В каких ситуациях дети чаще всего становятся жертвами насилия?
— К сожалению, в большинстве случаев речь идет о семейном насилии. Приведу пару примеров из практики. Семья из другого города приехала на лето в гости к дедушке. И пенсионер совершил развратные действия по отношению к внучке. В семье очень доверительные отношения между родителями и ребенком, что крайне важно. Девочка рассказала маме о поведении дедушки. Женщина сразу обратилась в полицию. С ребенком работали наши психологи. Сейчас мужчина отбывает наказание, девочка пошла в школу и о пережитой ситуации практически не вспоминает.

Не меньшую травму может принести ребенку и психологическое насилие — оскорбления, угрозы, запрет на определенные действия: прогулки с друзьями, пользование телефоном и т. д. В одной семье, где папа проявлял такой авторитарный стиль воспитания, девочка-подросток пыталась спрыгнуть с моста. Выяснилось, что отец применял не только психологическое, но и физическое насилие. Подключились все службы, семье была оказана помощь. Маму с детьми изолировали от главы семьи. Сейчас они живут отдельно. В отношении мужчины проводятся следственные действия.

Марина Алексеева, газета «Голос Череповца»