6 мая 2019

«Отец расписался на Рейхстаге»

К сожалению, фотография, где был запечатлен момент, как красноармеец Михаил Алексеевич Пахомов расписывается на Рейхстаге, не сохранилась. Но память об отце Алексею Михайловичу дорога. Поэтому он и обратился в нашу редакцию.

Михаил Алексеевич Пахомов родился 5 декабря 1924 года в деревне Пустынь Череповецкого района. Окончил пять классов. Семья была раскулачена и сослана на Кольский полуостров.

— В 1941 году отцу было 17 лет, работал он, насколько я знаю, в поселке Нива-2, где трудились ссыльные, — рассказывает «Речи» Алексей Михайлович. — Отец умел водить машину, был прекрасным механиком. Кольский полуостров — это сплошь сопки и озера. И как-то раз отец с друзьями ловил на озере рыбу сетями да задержался, опоздал на работу. Ему дали год тюрьмы, отправили работать на Беломорско-Балтийский канал имени Сталина, который строили заключенные. Что отец рассказывал? Голодно было, не кормили. Бывало, человек упадет, через него перешагнут и дальше идут работать…

Михаил Пахомов отбыл срок, вернулся. В ряды Красной армии призван в 1942 году. Направили его на учебу курсантом в 33-й запасной стрелковый полк 29-й стрелковой бригады Архангельского военного округа.

В феврале 1943 года направлен служить механиком-водителем в отдельный танковый батальон 2-й танковой армии Центрального фронта.

— Помню рассказы отца отрывками. Полк шел маршем, подъезжает полковник на мотоцикле, спрашивает: «Кто может водить машину?» Отец — шаг вперед. Еще раз вопрос — еще шаг… Полковник с отцом на мотоцикле поехали, но попали под бомбежку. Полковник погиб. Подробности не помню, знаю, что отца направили на курсы танкистов, — рассказывает Алексей Михайлович.

С 1 февраля по март 1943 года Михаил Пахомов участвовал в Дмитриев-Севской наступательной операции на брянском направлении. С 5 июля по 23 августа участвовал в Курской битве, а с 26 августа по 30 сентября 1943 года — в Черниговско-Припятской операции. В феврале 1944 года участвовал в Корсунь-Шевченковской операции. С 15 июня 1944 года воевал в составе Первого Белорусского фронта, с 18 июля по 2 августа участвовал в Люблин-Брестской операции.

За отличие в боях за освобождение города Демблин красноармейцу Михаилу Пахомову объявлена благодарность Верховного главнокомандующего маршала Советского Союза Иосифа Сталина (приказ № 150 от 26 июля 1944 года).

С конца июля до 6 августа 1944 года 2-я танковая армия отражала контрудары немецких войск, в результате которых она потеряла 284 танка (по немецким данным — 337). Михаил Пахомов был контужен и тяжело ранен. С августа по октябрь 1944 года был в госпитале. После лечения прибыл в свою часть, назначен механиком-водителем танка Т-34 в составе 142-го танкового батальона 95-й танковой бригады 9-го танкового корпуса 1-го Белорусского фронта.

С 12 января по 3 февраля 1945 года участвовал в Варашавско-Познанской фронтовой наступательной операции, в освобождении городов Радом, Лодзь, Познань.

Командиром танка был Герой Советского Союза лейтенант Александр Степанович Паланский. Во время Восточно-Померанской стратегической наступательной операции (10 февраля — 4 апреля 1945 года) под Берлином 8 марта 1945 года танк был подбит. Пахомова ранило, другие члены экипажа погибли.

Как закончилась для него война? В составе 1-го Белорусского фронта дошел до Берлина и расписался на Рейхстаге.

— Вернувшись после войны, отец работал шофером, — рассказывает Алексей Михайлович. — Умер в 1984 году. Награжден орденом Отечественной войны I степени, медалью «За Победу назад Германией в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 годов» (6 июля 1946 года). О войне не рассказывал, ведь война — это беда, кровь, смерть. Помню, отец был очень строгим, даже суровым. Бывало, взглянет — хоть сквозь землю провались. А выпьет — добрейший человек. Из госпиталя прибыл в часть… А как было дело? Контузия, глухой, полуслепой (видел один глаз). В госпитале всю технику перечинил. Начальник медсанбата ему и говорит: «Миша, оставайся, не ходи на фронт, ведь убьют». А отец ушел. Дважды в танке горел. Жив остался, потому что механик-водитель мог одним из первых ласточкой через люк выпрыгнуть из горящего танка. Подпись на Рейхстаге отцова была, и фотография, свидетельствующая об этом, была. Но такие подписи быстро замазывали и писали на этом месте другие имена. Солдат-то много. У отца была тяжелая судьба: пережил репрессии, работал на Беломорско-Балтийском канале как заключенный. Но воевал отчаянно — за Родину, за Сталина. И никогда потом не ругал страну, не клеймил Родину. Для него это было свято.

Татьяна Ковачева