10 апреля 2019

«Папа был бы рад, что я играю в «Северянке»

Нападающая Екатерина Шкурихина первый сезон выступает в «Северянке» и к финишу чемпионата сумела стать одним из лидеров команды, прочно завоевав место в стартовом составе. Екатерина — дочь знаменитого волейболиста Владимира Шкурихина, серебряного призера Олимпийских игр 1988 года, чемпиона мира, обладателя Кубка мира и пятикратного чемпиона Европы. В коллекции Екатерины пока бронза российской Суперлиги в составе «Енисея», мечта — добиться в волейболе больших высот.

«Я в волейбол пришла очень поздно, — рассказывает Екатерина. — Папа никогда не настаивал на том, чтобы я занималась этой игрой. Мы постоянно переезжали из города в город. Я и сейчас практически каждый сезон оказываюсь в новой команде. Все время на сумках. В детстве я поменяла 7 школ за 11 лет. А родилась в Московской области, в городе Дмитрове. В детстве я пробовала и рисовать, и петь, и танцевать, и плавать и в баскетбол играла. А как-то пришла на матч, в котором папа играл за ветеранов, а против него в другой команде играл мой брат. И меня настолько захватило, что я сказала папе: «Можно я тоже попробую поиграть в волейбол?» Мне было уже где-то лет 14.
Сначала тренировалась не со сверстниками, поехала учиться в московский интернат. Причем интернат был не спортивный, на тренировки приходилось ездить почти через всю Москву. А дальше было еще интересней. Наш интернат за одно лето преобразовали в кадетский корпус! И три года я была кадетом: приняла присягу в музее в центре Москвы, у меня была форма, мы стреляли из автомата, преодолевали полосы препятствий. У нас были даже балы! А оканчивала я уже гимназию, в которой работали учителями физкультуры и мой брат, и отец. И брат даже двойку как-то поставил, написал в дневник, что вызывает в школу родителей, и передал его папе, который сидел рядом».

— Как быстро удалось догнать в волейбольной школе остальных девочек?

— Первое время мячом в стеночку играла. И меня решили сделать сначала пасующей. На этой позиции я всю детскую школу отыграла. Только когда пришла в «Луч», в Высшую лигу «Б», тренер решил, что я еще вырасту, а потому переквалифицировал в нападающую. И дальше все интересней становилось: сборная Москвы, молодежная сборная России. Поняла, что без волейбола уже не могу, хотя папа каждый год спрашивал: «Тебе действительно нравится? Ты действительно хочешь играть в волейбол?»

— Авторитет знаменитого отца не давил на тренеров, которые с вами работали?

— Я думаю, что нет. Он не позволял себе давать им советы. И я тоже привыкла в первую очередь слушать тренера своей команды. А папа ходил на игры, смотрел внимательно, без улыбки, а после матча начинался разбор… Я и сама с удовольствием спрашивала его мнение, просила совета.

— В российском волейболе так складывается, что у известных волейболисток именно дочки потом становятся игроками хорошего уровня. Сыновья гораздо реже. Не знаете, в чем здесь дело?
— У меня три старших брата. Двое окончили волейбольную школу, но в профессиональный волейбол не пошли, теперь жалеют.

— А вы не жалеете, что остались в волейболе?
— Нисколько! И я хочу дальше расти в волейболе. Папа был очень именитым волейболистом, вот и мне хочется приблизиться к его достижениям.

— Получается, что вживую игру отца в лучшие годы вы не видели. Как приходило понимание, кем в волейболе является Владимир Петрович?
— Конечно, вживую его игру видела только в составе команд ветеранов. Я родилась, когда папе было уже 38 лет. Но есть видеосъемки игр, много наград у нас на стене славы дома висит, фотографии. Он очень узнаваемым был человеком, как и все волейболисты того поколения в сборной СССР.

— Есть город, из которого больше всего не хотелось уезжать?
— В Новосибирске очень нравилось. Так тепло было, хорошо. Меня из школы даже отпускать не хотели. Сейчас много знакомых в разных городах осталось. Со многими поддерживаем связь.

— И с вашим молодым человеком вы познакомились тоже в одном из городов, где играли, — в Воронеже. И у него нестандартное хобби — он модель…
— У нас был общий знакомый. Сначала познакомились через социальные сети, а когда он пришел на игру в Воронеже, уже лично. Потом мне пришлось уехать в Красноярск, затем в Уфу, но сейчас у нас все хорошо складывается.

— Как отреагировали на то, что Илья — модель? На тот момент уже даже успел поработать по этой профессии в Китае.
— Сначала я к этому отнеслась настороженно. Конечно, была под влиянием распространенных предубеждений, что модели — это такие ребята несерьезные, гулящие. Но когда начали общаться, то оказалось, что его мир в социальных сетях полностью расходится с его внутренним миром. Стало понятно, как он относится к жизни.

— Ваша внешность тоже модельная. Не было предложений попробовать себя в этой сфере?
— Мой папа всю жизнь был категорически против этого — опять же из-за сложившихся предубеждений, что в модельном бизнесе все делается «через постель». Поэтому и я никогда серьезно такие предложения не обсуждала.

— Сделать что-то совместное с вашим молодым человеком не пробовали?
— Знаете, он такой красивый, что на его фоне я потеряюсь. (Смеется.) Не знаю, возможно, что и попробуем в свободное время. Все впереди. Конечно, возникает желание сделать красивые фотографии, но чтобы это стало профессиональной деятельностью — вряд ли.

— Сегодняшняя спортивная профессиональная деятельность осложняет личную жизнь?
— С переездом в Череповец стало легче. Всего 600 километров до Москвы, можно с родными и близкими чаще видеться. Даже когда у нас транзитный перелет через Москву, то по возможности они ко мне приезжают в аэропорт. Вот когда я играла в Красноярске, это было очень тяжело. Даже на расстоянии общаться было непросто из-за большой разницы во времени. Не так давно ко мне мама приезжала на целый месяц, жаль, что город маленький и для прогулок мест очень немного. Или просто я их не знаю. Тут, конечно, не Москва. Меня скорее тяготило то, что солнце в Череповце выглядывает крайне редко. Зато здесь все условия для работы, чтобы тренироваться, играть, восстанавливаться. А для отдыха нам много не надо.

— Как быстро решились на переход в «Северянку»? Наверняка хотелось вернуться в Суперлигу?
— В первую очередь хотелось играть. В «Воронеже» такая возможность была, но команда ни на что серьезное не претендовала. В Красноярске «Енисей» ставил высокие цели и стал призером, но мне не хватало игровой практики, так как ставка делалась на опытных игроков. Такой опыт тоже полезен, но надо двигаться дальше. А в Высшей ли-
ге «А» приглашение в «Северянку» считается определенным достижением. Это очень профессиональный клуб с прекрасной организацией.

 В 2017 году так получилось, что вы узнали о внезапной смерти отца, когда приехали в Череповец на матчи в составе «Самрау». После этого не было какого-то неприятного осадка, мешающего поехать сюда работать?
— Конечно, когда меня пригласили в «Северянку», я об этом думала. Сразу накрыли эти воспоминания… Но я поняла, что с Череповцом связи никакой нет. Я уверена, что папа был бы очень рад, что я играю в «Северянке».

— В Череповце тоже не сразу все сложилось — за место в составе пришлось побороться?
— Меня приглашали на позицию доигровщика. Но потом главный тренер принял решение перевести меня в диагональ. Я не знаю, это был риск для него или полная уверенность в решении. Но все получилось! А мне приятно, когда тренер доверяет.

— Как изменилась команда в плей-офф? Как смогли преодолеть весьма чувствительное поражение во втором матче полуфинала от «Тулицы»?
— Команда стала играть организованней. И руководство клуба помогло «перезагрузиться» после проигрыша, устроив день разрядки. Мы поиграли в лазертаг, потом все вместе съездили в ресторан пообедать и пообщаться. Это сработало. А еще нам здорово помогают болельщики. Для меня это первый город, где трибуны вот так забиты, я такого нигде не видела. Особенно классно, когда болельщики приезжают на гостевые матчи и так заводят. Это реальный седьмой игрок!

 Сейчас все мысли о плей-офф или уже и в следующий сезон начинаете мысленно заглядывать?
— Понятно, что уже идут предложения на следующий сезон. Это немного отвлекает, но я стараюсь пока все мысли отбрасывать в сторону и думать о предстоящем финале. Решение еще предстоит принять. Конечно, хочется расти дальше, но и реально нужно оценивать свои силы и способности.

Владимир Сентябрев, газета «Голос Череповца»