12 марта 2019

История в судьбе раскулаченной семьи

Дожив до преклонного возраста, я хотел бы рассказать через газету «Речь» о том, что я узнал от старших родственников, ныне покойных, что я видел и что знаю.

Когда началась кампания по раскулачиванию, моего дедушку Ивана Степановича вместе с его женой Палагеей Сидоровной арестовали. Бабушку через несколько дней отпустили, а что стало с дедушкой, никто не знает. Бабушка вскоре умерла: не смогла перенести, что сделали власти с ней, ее мужем Иваном Степановичем, сыном (моим отцом) Кузьмой Ивановичем. Отца арестовали в 1936 году, присудили политическую 58-ю статью и посадили на пять лет.

Мать знала тех, кто «раскулачил» семью — вывез на лошадях все имущество до последней тряпки. Ручную швейную машину удалось сохранить, ее спрятали в колодце. Нас у матери было четверо, старшей сестре Капиталине было девять лет, а мне — восемь дней.

Когда началась война, отца прямо из тюрьмы отправили на фронт, за несколько недель до конца срока. Теперь Кузьма Иванович не был «предателем», он был защитником Родины.

В августе — октябре 1943 года была осуществлена Смоленская наступательная операция, получившая кодовое наименование «Суворов». Мне известно от старших родственников, что отец участвовал в том бою, в котором совершил свой подвиг Александр Матросов.

Отец погиб 10 августа 1943 года в Смоленской области, а похоронка пришла 9 октября 1943 года. Мы даже не знали точного места его захоронения. Только с помощью редакции газеты «Красная звезда» и военкомата Смоленской области мне удалось выяснить, где находится могила отца.

К сожалению, в силу возраста съездить туда не получилось. Сначала отец был похоронен в деревне Секарево Дорогобужского района Смоленской области, а в 1954 году его останки были перенесены в братскую могилу в деревне Алексино в 18 километрах от Дорогобужа. В ней лежат около пяти тысяч солдат. Школьники Алексинской средней школы прислали мне фотографию памятника, установленного на могиле.

Отец приезжал на побывку по ранению в начале 1943 года, а в ноябре того же года у меня появился брат Дмитрий. У меня и теперь не укладывается в голове, как мать одна вырастила нас пятерых, содержала корову и кур. Все трудности наша мать Евдокия Степановна перенесла, дала нам образование, приучила к труду с малолетства. Работала в колхозе, приходилось и сеять, и пахать лошадкой, и ухаживать за скотом. Мать хорошо умела сеять вручную из лукошка. Сколько гектаров исхожено и сколько тонн зерна переношено в лукошке по полям. Откуда брались у нее силы? Голодно было у нас в войну, ели стебли дудок, мороженую картошку и капустные кочерыжки... Мать прожила 92 года (1905 — 1997).

Замой 1945 года по решению мяксинского комитета партии и райисполкома колхозу «Ленинские дни» Телепшинского сельсовета было необходимо выделить шесть человек на добычу торфа в Дедовом Поле, что в Чагодощенском районе.

В число отобранных попала и моя сестра Капа. Шел ей 18-й год. В феврале 1945 года шесть девчушек прибыли в Дедово Поле. Поселили их в барак, где было 40 коек, а посреди барака стояла печка-столбянка. С февраля по май готовили карьер, выкорчевывали сосны, затем приступали к добыче торфа. Лопатой грузили его в тачки и отвозили к месту просушки. Высохший торф укладывали в скирды, а затем грузили в вагоны и по узкоколейке отправляли в Чагоду, где торф прессовали в кирпичи и брикеты. (Узко-колейку строили пленные немцы.) Выходных не было. Плата за труд — еда: утром каша, в обед суп, вечером выдавали дневную норму хлеба — 600 граммов. Хлеб съедали зараз.

В ноябре 1947 года Капиталина вернулась в родной колхоз. С 1955 по 1962 год была бригадиром в полеводстве. В 1962 году с матерью переехали в деревню Починок Матуринского сельсовета, сестра работала в полеводстве. В 1971-м началось строительство свиноводческого комплекса, и ее перевели в свинарки. А в 1976 году

Капиталину назначили бригадиром комплекса из 18 свинарников. Бригадир Капиталина Кузминична пользовалась большим авторитетом. Ее дочь Екатерина живет в Белоруссии, звала мать к себе, но она заявила: на какой земле родилась, в той и лежать буду. Труду на этой земле она отдала 45 лет. Умерла в 2016 году. Из пятерых, что было нас в семье, продолжаю жить я один.

В Телепшинском сельсовете (в народе просто Телепшино) Мяксинского района была школа только до семи классов. Брат Дмитрий, чтобы продолжить обучение, собирал еловые и сосновые шишки, сдавал на семена в приемный пункт. Собирал ивовое корье, сушил и тоже сдавал. На скопленные деньги купил велосипед и на нем ездил в школу в Воскресенское-на-Мусоре, что в 15 км от Телепшина. После десяти классов поступил в военное училище в Череповце. Окончил военную академию связи и защитил кандидатскую диссертацию, получил звание полковника. Нес службу в Московском военном округе, жил с семьей в городе Мытищи. В ноябре этого года ему исполнилось бы 75 лет.

В нашей семье были металлурги, строители, работники сельского хозяйства и военные. Общий трудовой стаж нашей семьи — 250 лет.

Как же жили мы все до войны и в войну? В Телепшине тогда электроэнергии не было. Дома освещались керосиновыми лампами, а сколько надо было готовить дров для печки. Я хорошо помню, как носил молоть зерно на мельницу. В войну на мельнице мололи даже сухие дудки. В Телепшине были две водяные мельницы — в деревнях Катаево и Шишовке. Хотя в Телепшине долго не было электроэнергии, кино в клубе Шишовки показывали регулярно. Приезжали два «кинщика» с движком. Кино было не на одной ленте, а по частям. Сколько частей — столько «кинщики» отбирали парней, у которых не было денег на билет, чтоб крутить движок. Кто крутил движок часть фильма, того пускали в зал. Потом появился движок, работавший на бензине, и крутить его не надо было. Когда ребят без билетов не пускали в зал, они глушили движок, стоявший на улице, и показ кино прекращался. Тогда «кинщики» установили двигатель в подвале клуба.

В зал пошел газ от двигателя, некоторых зрителей даже пришлось выносить. Хорошо, что в то время в Шишовке жил и работал врач, он оказал помощь.

Помню еще, что колхоз отвозил высушенную льняную тресту по зимней дороге на лошадях из Телепшина в Батран, там ее перерабатывали. Мне пришлось поучаствовать в перевозке льнотресты в несколько урожаев.

Вот как жили мы и страна — было и плохое, и хорошее.

Николай Кузьмич Виноградов